Jump to content
  • Sign Up

Search the Community

Showing results for tags 'Махапрабху'.

  • Search By Tags

    Type tags separated by commas.
  • Search By Author

Content Type


Categories

  • Articles (English)
  • Articles (Russian)

Blogs

  • International Vaishnavas Portal
  • Krishna das
  • Shri Vaishnavas
  • Shrila B.V. Narayana Maharaj
  • Shrila B.G. Narasingha Swami
  • Shrila B.V. Tripurari Swami
  • Shrila Pran Krishna das babaji
  • Shri Vraja Dhama
  • Shrila Vinod Bihari das babaji
  • Shrila Premananda Govinda Sharan
  • Tridandi Swami Purushottam Das Ramanuja jeeyar's Contacts

Forums

  • Vaishnava Forum (English)
    • Vaishnava Philosophies and Practices
    • Guru in Vaishnava Traditions
    • Lila-katha, Prayers
    • Science: Approaching to Krishna Consciousness
    • Articles
    • Lacto Vegetarianism, Health
  • Vaishnava Forum (Russian)
    • Vaishnava Philosophies and Practices
    • Guru in Vaishnava Traditions
    • Lila-katha, Prayers
    • Science: Approaching to Krishna Consciousness
    • Articles
    • Lacto Vegetarianism, Health

Categories

  • Shri Shri Radha-Raman Deity
  • Lord Shri Jagannath
  • Aindra das
  • Audarya Dhama das
  • Chaitanya Chandra Charan das
  • Gauranga das
  • For Kids
    • Cartoons in English
    • Cartoons in Hindi
    • Cartoons in Russian
  • Kirtans by Different Vaishnavas
  • Krishna das
  • Pilgrimages
  • Prem Prayojan das
  • Rohini Suta das
  • Shri Achyuta Lal Bhatta Gosvami
  • Shrila Ananta Das Babaji
  • Shrila Bhakti Aloka Paramadvaiti Swami
  • Shrila Bhakti Ananta Krishna Swami
  • Shrila Bhakti Ashraya Vaishnava Swami
  • Shrila Bhakti Bhringa Govinda Swami
  • Shrila Bhakti Bibudha Bodhayan Swami
  • Shrila Bhakti Chaitanya Swami
  • Shrila Bhakti Charu Swami
  • Shrila Bhakti Gaurava Narasingha Swami
  • Shrila Bhakti Mukunda Swami
  • Shrila Bhakti Pramod Puri Swami
    • Art of Sadhana
    • Biography
    • Darshans
    • Vyasa Puja
  • Shrila Bhakti Rakshak Shridhar Swami
  • Shrila Bhakti Sarvaswa Govinda Swami
  • Shrila Bhakti Siddhanta Saraswati Swami
  • Shrila Bhakti Vaibhava Puri Swami
  • Shrila Bhakti Vallabha Tirtha Swami
    • Lectures, Darshans
    • Moscow, 1999
  • Shrila Bhakti Vedanta Muni Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Narayana Swami
    • 1996
    • 1997
    • 1998
    • 1999
    • 2000
    • 2001
    • 2002
    • 2003
    • 2004
    • 2005
    • 2006
    • 2007
    • 2008
    • 2009
    • 2010
    • Undated
  • Shrila Bhakti Vedanta Nemi Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Padmanabha Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Sadhu Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Shridhar Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Tridandi Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Trivikram Swami
  • Shrila Bhakti Vichar Vishnu Swami
  • Shrila Bhakti Vigyana Bharati Swami
  • Shrila Bhakti Vikasha Swami
  • Shrila Gour Govinda Swami
  • Shrila Indradyumna Swami
  • Shrila Lokanath Swami
  • Shrila Mahanidhi Madan Gopal Dasa Babaji
  • Shrila Mukundananda Swami
  • Shrila Murali Krishna Swami
  • Shrila Niranjana Swami
  • Shrila Prabodhananda Saraswati Swami
  • Shrila Pran Krishna Das Babaji
  • Shrila Premananda Govinda Sharan
  • Shrila Premgopal Goswami
  • Shrila Radha Govinda Das Swami
  • Shrila Rajendra Das Swami
  • Shrila Shivarama Swami
  • Shrila Shyam Das Babaji
  • Shrila Vinod Bihari Das Babaji
  • Shri Vishnu Shastriji
  • Shrila Vishvesha Tirtha Swami
  • Shrila Vishwananda Swami
  • Shukadev das
  • Shyamdas
  • Tridandi Swami Purushottam Das Ramanuja jeeyar
  • Vedic Knowledge
  • Vraj
  • Vrajendra Kumar das
  • Tridandi Swami Purushottam Das Ramanuja jeeyar's Video

Categories

  • Vaishnava Books
    • All Vaishnava Books
    • Vaishnava Books by Authors
    • Favourite Books
  • Vaishnava Video
    • Vaisnava Bhajans
    • Lectures (Hari-katha)
    • Movies
  • Vaishnava Audio
    • Vaisnava Bhajans
    • Lectures (Hari-katha)
    • Audio Books
  • Vaishnava Soft
  • Tridandi Swami Purushottam Das Ramanuja jeeyar's Download

Playlists

  • Shrila Vinod Bihari Das babaji
  • Shrila Lokanatha Goswami
  • Shripad Aindra das
  • Bhudev
  • Jagjit Singh
  • Keshavaji Gaudiya Matha
  • Krishna Das
  • Shrila Krishna Das Babaji
  • Shripad Bhakti Vedanta Muni Swami
  • Sudarshan
  • Vakreshvar
  • Shrila Ananta Das Babaji
  • Shri Bhagavan Veda Vyasa
  • Shrila Vrindavan Das Thakur
  • Shrila Bhakti Vedanta Narayana Swami
  • Shrila Bhakti Vinoda Thakur
  • Shrila Sanatana Goswami
  • Shrila Vishvanatha Chakravarti Thakur
  • Shrila Krishna Das Kaviraja Goswami
  • Stories for Children
  • Shrila Bhakti Pragyana Keshava Goswami
  • Shrila Bhakti Promod Puri Goswami
  • Valmiki Muni
  • Shrila Bhakti Rakshak Shridhar Swami
  • Shrila Bhakti Sarvasva Govinda Swami
  • Shrila Bhakti Vallabha Tirtha Swami
  • Shrila Bhakti Vedanta Swami Prabhupada
  • Shrila Premgopal Goswami
  • Tridandi Swami Purushottam Das Ramanuja jeeyar
  • Tridandi Swami Purushottam Das Ramanuja jeeyar's Listen

Marker Groups

  • Vraja-dhama
  • Vraja-dhama: Radha-kunda and Shyama-kunda
  • Vraja-dhama: Different
  • Vraja-dhama: Varshana
  • Vraja-dhama: Nandgaon
  • Vraja-dhama: Vrindavan
  • Vraja-dhama: Mathura
  • Vraja-dhama: Govardhan
  • Vraja-dhama: Raval
  • Vraja-dhama: Gokul
  • Vraja-dhama: Madhuvana
  • Vraja-dhama: Talavana
  • Vraja-dhama: Kumudavana
  • Vraja-dhama: Bahulavana

Find results in...

Find results that contain...


Date Created

  • Start

    End


Last Updated

  • Start

    End


Filter by number of...

Joined

  • Start

    End


Group


Found 8 results

  1. День, когда отец Господа Чайтаньи Махапрабху провел празднества в честь явления Господа Чайтаньи. В доме Шри Джаганнатх Мишры не было предела радости. Она царила в комнате Шри Шачидеви. Весь мир был затоплен потоком Харинама при появлении полной и чистой луны в этот день. И луна в небе закрыла свое лицо из скромности. И как она могла не сделать этого? Луны на пальцах Его ног излучали такой яркий и благодатный свет, что затмевали миллионы лун, ведь сегодня явился Гаурачандра. Повсюду с неба дождем сыпались цветы. Раздались звуки миллионов раковин и барабанов, и начался танец небесных существ. Вся земля воспевала "Джайа, Джайа", и вся вселенная достигла освобождения. Так повсюду разнеслась весть о явлении Гаура Хари. Все преданные немедленно почувствовали глубокое удовлетворение. Сладостные звуки раковины, колоколов, мриданги и караталов стали еще прекраснее, когда к ним присоединился хор голосов, воспевающих "Джая Шачинандана, Джая Гаура Хари!" В ту ночь все преданные пришли к святой Реке Ганге, чтобы принять омовение и совместно воспевать Святые Имена Господа. Шри Адвайта Ачарья, находящийся в этот момент в Шантипуре, внезапно начал танцевать. Он схватил Харидаса и они вместе начали громко петь и танцевать. В воздухе витает необыкновенное счастье - все чувствовали это. Несколько брахманов пришли в дом к Джаганнатхе Мишре. Они очень обрадовались, когда увидели младенца, излучающего свет, подобно расплавленному золоту, и немедленно благословили ребёнка. Их дом также посетили жёны таких богов, как Брахма, Шива, Индри и других. Они оделись как жены брахманов и принесли разные дары для Господа. Джаганнатха Мишра и Шачи Деви были очень счастливы: в их доме родился ребёнок, который освободит все три мира. Вне себя от радости рождением своего дорогого сына, Шри Джаганнатха Мишра провел пышный фестиваль на следующий день после рождения ребенка. Именно Сита Тхакурани, жена Адвайты Ачарьи, нарекла Господа именем Нимай. Он родился под деревом ним. Говорят, что ним защищает от ведьм и колдунов. Злые духи также не могут находиться рядом с этим деревом. Таким образом, Сита Тхакурани дала Господу имя Нимай, чтобы ничто не могло причинить ему вреда. Другие стали звать его Гаурахари, золотой Хари, потому что выглядел он как расплавленное золото. Однажды, когда еще совсем маленький Нимай лежал в кроватке, родители увидели различные знаки на Его ступнях. Они увидели знамя, палицу, раковину и рыбу. Такие знаки могут быть только на теле аватара (воплощения Господа). Его родители всё время видели эти удивительные отпечатки на полу, и никак не могли понять, откуда они взялись. Пока его родители обсуждали это, Нимай начал плакать. Тогда мама Шачи быстро взяла его на руки и с любовью начала кормить грудью. А Джаганнатха Мишра решил спросить об этих знаках на ногах своего сына у астролога Ниламбара Чакроварти. Он попросил его объяснить значение этих знаков. Ниламбара Чакроварти с нежностью улыбнулся и сказал: «На теле этого ребенка все знаки, отмечающие великую душу. На Его ладонях и подошвах признаки Господа Нараяны. Этот ребёнок способен освободить все три мира». адйапиха сеи лила каре гаурайа кона кона бхагйаван декхипара пайа анарпита-чарим чарат карунайаватирнах калау самарпайитам уннатоджвала расам сва бхакти сриджйам харих пурата сундара дйути кадамба сандипитах сада хридайа кандаре спхурату вах шачинандана "Да будет Господь, Сын Шачидеви всегда пребывать в самых глубоких уголках моего сердца. Источающий сияние горячего золота, Он явился в век Кали, чтобы по Своей беспричинной милости распространить то, чего не даровала еще ни одна аватара: тончайшее и ярчайшее духовное знание пьянящего вкуса служения Ему."
  2. Чайта́нья Махапрабху́ (бенг. চৈতন্য মহাপ্রভূ, Caitanya Mahāprabhu; 18 февраля 1486, Маяпур, Бенгалия — 153, Пури, Орисса) — основоположник гаудия-вайшнавской традиции индуизма, где он рассматривается как особое воплощение Радхи и Кришны в одном лице — Кришна в умонастроении Радхи, явившийся с целью постичь всю силу её любовной преданности к себе и дать всем людям чистую любовь к Богу. По мнению последователей, приход Чайтаньи был предсказан в Ведах и Пуранах. В других традициях индуизма Чайтанья почитается как святой вайшнавский аскет-монах и религиозный реформатор в Бенгалии XVI века. Чайтанья выступил продолжателем вайшнавского направления в веданте. Он основал новую ведантическую школу ачинтья-бхеда-абхеда, ставшую базой для гаудия-вайшнавского богословия. Согласно учению Чайтаньи, «между индивидуальными душами (джива) и Брахманом существует одновременно единство и различие». Основываясь на философии «Бхагавата-пураны» и «Бхагавад-гиты», Чайтанья проповедовал бхакти-йогу (йогу любви и преданности Богу) и установил первостепенную важность поклонения Радхе-Кришне. Чайтанья сделал основой духовной практики сопровождающееся танцами публичное пение (санкиртана) мантры «Харе Кришна» и других гимнов и мантр. Многократное повторение имён Бога Чайтанья объявил «важнее любых теологических упражнений». Чайтанья родился под деревом ним и поэтому его называют Нима́й. Другое имя Чайтаньи, Га́ура (или Гауранга), в переводе с санскрита означает «золотистый» и было дано ему потому, что его кожа была золотистого цвета. Существует много агиографий Чайтаньи, в которых подробно описаны его жизнь и учение. Самыми известными из них являются «Чайтанья-чаритамрита» Кришнадасы Кавираджи, «Чайтанья-бхагавата» Вриндаваны Дасы и «Чайтанья-мангала», автором которой был Лочана Даса. Эти труды изначально были написаны на бенгали, но на сегодняшний день переведены и изданы на русском и других языках мира. Вайшнавизм в Бенгалии перед приходом Чайтаньи Несмотря на то, что к концу XV века в Бенгалии существовала заметная вайшнавская литературная традиция, вайшнавизм не получил там широкого распространения, значительно уступая по популярности буддизму и тантризму. Главным культурным и интеллектуальным центром Бенгалии был город Навадвипа, находившийся под властью мусульман. Навадвипа была известна по всей Бенгалии и за её пределами как центр традиционной брахманской учёности. Одной из основных достопримечательностей Навадвипы была школа «новой логики» (навья-ньяя), в которой господствовал дух секулярной учёности. Главной заботой здесь было приобретение светского образования, а вовсе не поиск решения вопросов, связанных с душой и Богом. Вайшнавы Навадвипы рассматривали всё это как плачевный упадок религии. Так, в пьесе Кавикарнапуры «Чайтанья-чандродая-натака» сообщается о «ложных аскетах», «дурных тантриках», о людях, предающихся мясоедению и винопитию. Вриндавана Даса в поэме «Чайтанья-бхагавата» говорит о царящем повсюду безверии и религиозном формализме. Молитвы Адвайты Ачарьи Духовным лидером вайшнавов Навадвипы в то время был Адвайта Ачарья, последователь знаменитого вайшнавского подвижника Мадхавендры Пури. Санатана Госвами в своём труде «Вайшнава-тошани» называет его «тем, кто посадил в мире древо кришна-бхакти-расы». Другим известным деятелем вашнавизма в Бенгалии того времени был Шриваса Тхакур и обратившийся в вайшнавизм из ислама Харидаса Тхакур. В «Чайтанья-чаритамрите» Кришнадасы Кавираджи рассказывается, что удручённые царившим вокруг безбожием и материализмом, Харидаса Тхакур, Адвайта Ачарья и Шриваса Тхакур молили Кришну о том, чтобы он явился спасти мир. Описывается, что из сострадания к человечеству, изнывающему под бременем Кали-юги, Адвайта Ачарья горячо молил Кришну низойти и постоянно поклонялся ему в форме шалаграма-шилы, поднося ему воду из Ганги и листья священного дерева туласи. Ответом на его молитвы было нисшествие в мир Чайтаньи Махапрабху. Родители Чайтаньи Родители Чайтаньи, Джаганнатха Мишра и Шачидеви, жили в маленькой деревне Майяпур, являвшейся частью города Навадвипы. Они происходили из вайшнавских брахманских семей. Джаганнатха Мишра был родом из района Силхет. Он пришёл в Навадвипу с целью учёбы, но после женитьбы на Шачидеви, дочери известного брахмана-учёного Навадвипы Ниламбары Чакраварти, навсегда поселился на берегу Ганги в Майяпуре. Джаганнатха Мишра был бедным брахманом и поддерживал свою семью, собирая подаяния. У Джаганнатхи Мишры и его жены Шачидеви родилось восемь дочерей, все из которых умерли в раннем возрасте, после чего чета посвятила себя воспитанию двух оставшихся в живых сыновей, Вишварупы и Вишвамбхары. Вишвамбхара был десятым, самым младшим ребёнком. Именно он позднее стал известен как Нимай Пандит, а затем, после принятия санньясы — как Чайтанья Махапрабху. В гаудия-вайшнавизме считается, что Джаганнатха Мишра в своём прошлом воплощении был отцом Кришны Васудевой и приёмным отцом Кришны — Нандой. А мать Чайтаньи, Шачидеви, была матерью Кришны Деваки и приёмной матерью Яшодой. Непорочное зачатие За 13 месяцев до рождения Чайтаньи, Джаганнатхе Мишре приснился сон, в котором ему явился Кришна. Кришна вошёл в его ум, затем перешёл в сердце его супруги Шачидеви и оттуда в её чрево. Таким образом, считается, что Чайтанья не был зачат обычным образом — его зачатие было непорочным. Вскоре, Шачи обнаружила, что была беременна. Она приобрела необычайную, неземную красоту, подобную красоте богини процветания Лакшми. Джаганнатхе Мишре больше не нужно было просить подаяния, так как отовсюду начали приходить люди и давать ему деньги, еду и драгоценности. Джаганнатха Мишра не мог понять, почему это происходит и спросил об этом свою жену, которая предположила, что, возможно, в её чреве находится великая святая душа, которая и приносит им удачу и благополучие. С каждым днём красота Шачидеви всё возрастала. Её тело излучало необычайное сияние и все, кто видели её, недоумевали, думая, что она носит в своём чреве очень особого младенца. Боги возносят молитвы Чайтанье, находящемуся во чреве матери Дом Джаганнатхи Мишры начали посещать различные девы с небесных планет и возносить молитвы ещё находившемуся во чреве Шачидеви Чайтанье, который был самим Кришной. В своих молитвах девы говорили о том, что Кришна явился в эту Кали-югу как Чайтанья Махапрабху. В каждой юге Кришна воплощается на земле. Обычно он приходит для того, чтобы дать людям мукти, освобождение. Но в этом воплощении Кришна явился для того, чтобы свободно раздавать всем чистую любовь к Богу. Девы говорили, что пришли не для того, чтобы просить у Чайтаньи материальные благословения, так как будучи обитателями небесных планет, у них имелось всего в достатке и никаких материальных проблем для них просто не существовало. Их проблема заключается в том, что они были постоянно окружены объектами чувственного наслаждения: красивыми апсарами, садами, реками, озёрами; они обладали мистическими способностями и в результате забыли о любовном преданном служении Кришне, были лишены возможности получить чистую любовь к Богу. Девы говорили, что все люди вскоре получат милость Чайтаньи и просили его о том, чтобы он также пролил свою милость на обитателей небесных планет, жаждующих получить чистую любовь к Кришне, Кришна-прему. Девы, обладая мистическими способностями, являлись невидимыми для Джаганнатхи Мишры и Шачидеви. Но иногда Чайтанья, ради шутки, делал их тени видимыми для глаз своей матери и она, принимая их за злых духов, начинала повторять мантры Нарасимхи, прося его защиты. Девы также приходили в замешательство, не понимая, как Шачидеви была способна видеть их. Затем Чайтанья делал так, что тени девов опять становились невидимыми. Иногда Шачидеви могла слышать, как девы воспевали мантры и гимны во славу младенца, находившегося в её лоне. Поклонение Адвайты Ачарьи Однажды дом Джаганнатхи Мишры посетил Адвайта Ачарья, который в то время был лидером брахманов Навадвипы. Он обошёл семь раз вокруг Шачидеви, поклонился ей и преподнёс ей в дар сандаловую пасту, попросив, чтобы она накладывала её себе на живот, дабы младенец находился в прохладе. Шачидеви и Джаганнатха Мишра были крайне удивлены и обрадованы, подумав, что если такой уважаемый брахман пришёл поклониться им, младенец во чреве Шачидеви должен быть исключительной личностью. Рождение Чайтаньи Прошло девять, десять, одиннадцать месяцев, миновал год, но Чайтанья так и продолжал оставаться во чреве своей матери. Тогда обеспокоенный Джаганнатха Мишра пошёл за советом к своему тестю, Ниламбарке Чакраварти, который был известным ведическим астрологом. Он сделал астрологические расчёты и объявил, что ребёнок родится только по прошествии 13 месяцев, в день предстоящего лунного затмения. Это предсказание исполнилось и через месяц, в полнолуние, на восходе луны, вечером 18 февраля 1486 года, Чайтанья явился на свет. Родители дали ему имя Вишвамбхара. Так как Вишвамбхара родился под деревом ним, которое росло во дворе дома Джаганнатхи Мишры, родители в детстве называли Вишвамбхару именем Нимай. Нимай был необычайно красив: его кожа была золотистого цвета и тело его излучало сияние. Так как в момент его рождения происходило лунное затмение, жители Надии, как заведено в таких случаях, с громкими возгласами «Харибол!» («Пой Имя Хари!»), «Говинда!» и «Харе Кришна!» принимали омовение в Ганге. Согласно индуистским поверьям, во время лунных затмений человек оскверняется и для очищения должен омыться в водах Ганги или другой священной реки. В индуизме, рождение во время лунного затмения считается неблагоприятным и родители Чайтаньи были в недоумении, почему Чайтанья родился именно в этот день. Они спросили об этом Шривасу Тхакура, который объяснил это тем, что момент на самом деле был благоприятным, так как большинство обитателей Надии были заняты киртаном — воспеванием святых имён Кришны, принимая при этом омовение в священной реке. Совпадение явления Чайтаньи с лунным затмением указывает на особый характер его миссии, которая заключалась в том, чтобы проповедовать важность воспевания святых имён Бога в Кали-югу. Рождение Чайтаньи во время лунного затмения также объясняется тем, что луна спряталась в момент явления Чайтаньи, которого прославляют как «сияющего, как миллионы лун». Кроме того, описывается, что в Бенгалии того времени был такой сильный религиозный упадок, что брахманы вовсе запретили киртан под предлогом того, что люди были недостаточно чисты для пения святых имён Бога. Получила распространение идея, что воспевание святых имён Бога несовершенными людьми может разрушить духовную силу, содержащуюся в них. Киртан дозволялся только в момент принятия омовения в Ганге, когда человек, под влиянием очистительной силы священной реки, не находился более в осквернённом состоянии. На следующий день после рождения сына, Джаганнатха Мишра устроил большой фестиваль и пир. Девы с небесных планет приняли облик жён брахманов и приходили к нему в дом, чтобы поклониться младенцу. Следуя индуистским обрядам, они подносили Нимаю дары, прикасались травой куша к его лбу, осыпали его рисом с турмериком. Детские игры Будучи младенцем, Нимай мгновенно переставал плакать, стоило окружавшим его женщинам начать петь имена Кришны и хлопать в ладоши. Иногда соседские женщины приходили в дом Джаганнатхи Мишры и забавлялись тем, что сначала заставляли Нимая плакать, а потом успокаивали его звуками имени Кришны. Это рассматривается как начало проповеди Чайтаньей важности санкиртаны. Когда Нимаю исполнилось шесть месяцев, был совершён обряд аннапрашана, обряд предложения ребёнку твёрдой пищи. Во время этого обряда было принято предлагать ребёнку на выбор деньги и священные книги, чтобы получить представление о его будущих наклонностях. Когда Нимаю поднесли с одной стороны монеты, а с другой — «Шримад-Бхагаватам» — Нимай выбрал «Шримад-Бхагаватам». Однажды, когда Нимай ползал по двору, появилась змея, и он стал играть с ней. Все домочадцы пришли в ужас, но через некоторое время змея уползла, и Шачидеви унесла младенца. Однажды Нимая похитил вор, намеревавшийся найти укромное место и снять с ребёнка украшавшие его драгоценности. Получилось так, что вор заблудился, и, сбившись с пути, опять очутился прямо перед домом Джаганнатхи Мишры. Испугавшись, что его поймают, он бросил Нимая и убежал. Как-то в доме Джаганнатхи Мишры принимали вайшнавского брахмана-паломника. Когда брахман предлагал пищу мурти Вишну, Нимай предстал перед ним и попробовал приготовленные блюда. Пищу пришлось признать негодной, потому что к ней уже прикоснулся ребёнок, и брахман вынужден был готовить заново. Во второй раз, однако, произошло то же самое. Только после того, как история повторилась в третий раз, Нимая смогли уложить в постель. Около полуночи, когда все обитатели дома крепко спали, брахман, закрывшись в своей комнате, стал вновь предлагать пищу божеству. Тут перед ним, как и прежде, появился Нимай и снова испортил подношение. Тогда брахман пришёл в отчаяние и заплакал, но так как все крепко спали, его никто не услышал. На этот раз Нимай раскрыл брахману своё тождество с самим Вишну и благословил его, попросив никому не рассказывать о случившемся. Когда Нимаю было четыре года, он сел на выброшенные кухонные горшки, которые считались осквернёнными. Когда Шачидеви стала ругать его, Нимай объяснил ей, что понятия чистоты и скверны неприменимы к глиняным горшкам, выброшенным после приготовления прасада для Кришны. Нимай был очень озорным ребёнком, часто он дразнил ортодоксальных брахманов, совершавших омовение в Ганге. Когда брахманы жаловались на поведение Нимая Джаганнатхе Мишре, Нимай тут же представал перед своим отцом в школьной форме и с книгами, как будто только что вернулся из школы. Нимай часто подшучивал над соседскими девушками, поклонявшимися у гхатов Шиве с целью получить хорошего мужа. Этот обычай широко распространён среди незамужних девушек в индуистских семьях. Нимай, расшалившись, появлялся перед девушками, призывая отдать себе все подношения, предназначенные для Шивы. Нимай говорил, что Шива был его преданным, а Парвати — его служанкой. Нимай заверял девушек, что поклоняясь ему, они смогут более успешно удовлетворить Шиву и других девов. Тех девушек, которые отказывались повиноваться, он проклинал. За свой отказ они должны были получить в мужья овдовевших стариков, имеющих по несколько детей. Те девушки, которые из страха или из любви предлагали Нимаю разные дары, получали от него благословение выйти замуж за хороших, молодых мужей, и иметь по дюжине детей. Учёба На восьмом году Нимай начал обучаться в санскритской школе в Ганганагаре близ Майяпура, где его учителем был Гангадаса Пандит. За два года Нимай полностью овладел санскритской грамматикой и риторикой. В дальнейшем он самостоятельно продолжал учиться дома, пользуясь книгами, принадлежавшими его отцу. Нимай сам изучил писания смрити и ньяю (одну из шести основных философских систем индуизма), соревнуясь со своими друзьями, обучавшимися под руководством прославленного пандита Рагхунатхи Широмани. К десяти годам Нимай стал учёным, сведущим в санскритской грамматике, риторике, смрити и ньяе. В это время, в 1496 году, его старший брат Вишварупа покинул дом и принял санньясу (жизненный уклад подвижника), что очень огорчило Джаганнатху Мишру и Шачидеви. Нимай утешил своих родителей, сказав, что будет служить и помогать им. Вскоре умер Джаганнатха Мишра, после чего Нимай заботился о своей овдовевшей матери и утешал её. Семейная жизнь В возрасте пятнадцати лет Нимай женился на Лакшмиприе — дочери жителя Навадвипы по имени Валлабхачарья. К этому времени Чайтанья считался одним из лучших пандитов Навадвипы, которая в то время была прославленной столицей философии ньяя и санскритской учёности. Все местные пандиты и искушённые знатоки ньяи боялись вступать с ним в философские или литературные диспуты. Будучи человеком женатым, Чайтанье необходимо было зарабатывать на поддержание семьи и он отправился на заработки в Восточную Бенгалию, на берега реки Падмы. Там, благодаря своей учёности, он заработал значительную сумму денег. По возвращении из путешествия к Чайтанье присоединились его товарищи. Теперь он был настолько знаменит, что почитался лучшим пандитом Навадвипы. В это время он начал проповедовать вайшнавизм. В частности, он преподал основы вайшнавизма Тапане Мишре и велел ему поселиться в Варанаси. Пока Чайтанья был в Восточной Бенгалии, его супруга Лакшмиприя оставила этот мир от укуса змеи. Вернувшись домой, Чайтанья застал свою мать погруженной в скорбь. Он утешил её словами о бренности человеческого бытия. Вскоре, по просьбе матери, Чайтанья женился на Вишнуприе, дочери Санатаны Мишры. Философский диспут с Кешавой Кашмири В то время в Навадвипу для участия в диспутах по шастрам прибыл известный на всю Индию кашмирский учёный-брахман Кешава Кашмири, которого ещё никому не удавалось победить в философском диспуте. Пандиты Навадвипы решили выставить против него Нимая, который, несмотря на свой юный возраст, уже прославился своей эрудицией и получил известность как Нимай Пандит. Пандиты Навадвипы рассудили, что, если Нимай Пандит потерпит поражение, у них останется возможность сразиться с учёным. Если же великий кашмирский пандит будет побеждён, то это только умножит их славу. Люди станут говорить, что простой ребёнок из Навадвипы одолел непобедимого учёного, известного всей Индии. Случилось так, что Нимай Пандит встретил Кешаву Кашмири, когда тот прогуливался по берегу Ганги. Нимай попросил его воспеть Гангу в стихах на санскрите. Кешава Кашмири на месте сочинил сто шлок, прославляющих Гангу, и прочитал их со скоростью урагана. Нимай, с одного раза запомнив наизусть все шлоки, процитировал шестьдесят четвертую шлоку и указал на риторические и литературные погрешности, содержащиеся в ней. В частности, он подверг сомнению правильность употребления слов бхавани-бхартух, назвав это тавтологией. Нимай указал на то, что бхавани означает «супруга Шивы», так кто же ещё может быть её бхартой, мужем? Затем, к великому удивлению кашмирского учёного, он отметил ещё несколько неточностей. Хотя это случилось ещё до официального публичного диспута, весть об этом быстро облетела всю Навадвипу. В эту ночь, богиня учёности Сарасвати явилась Кешаве Кашмири во сне и велела ему покориться Нимаю. На следующий день Кешава Кашмири признал своё поражение и стал последователем Нимая Пандита. Когда Нимаю Пандиту исполнилось шестнадцать лет, он открыл свою собственную школу и начал преподавать в ней. Даже на занятиях по санскритской грамматике, Нимай рассказывал своим ученикам о Кришне, объясняя все грамматические правила на примерах с именами Кришны. Впоследствии Джива Госвами составил учебник по санскритской грамматике, «Харинамамрита-вьякарана», в котором грамматика объясняется таким же способом. Принятие духовного посвящения и начало проповеди В возрасте семнадцати лет Чайтанья совершил путешествие в Гаю, сопровождаемый множеством своих учеников. Там он принял духовное посвящение от Ишвары Пури, вайшнавского санньяси и ученика известного вайшнавского святого Мадхавендры Пури. По возвращении в Надию, Чайтанья начал проповедовать. Его религиозная природа проявила себя настолько ярко, что Адвайта Ачарья, Шриваса и другие вайшнавы были поражены переменой, произошедшей в юном Нимае. Он не был уже ни ньяйиком, утверждающим собственную точку зрения, ни ниспровергающим всех и вся ритором. Услышав имя Кришны, Чайтанья терял сознание и, переполняемый любовью к Кришне, вёл себя как одержимый. Вскоре, завершив своё паломничество по всей Индии, к Чайтанье присоединился Нитьянанда, уже активно проповедовавший Кришна-бхакти, а также множество других проповедников вайшнавизма из самых разных частей Бенгалии. Таким образом, в Навадвипе собралась целая плеяда вайшнавских ачарьев, вдохновлённых проповедовать и донести до всех идеалы вайшнавского мировоззрения. Движение санкиртаны охватило всю Навадвипу, а штаб-квартирой Чайтаньи стали дома ближайших учеников-домохозяев: Шривасы Тхакура и Адвайты Ачарьи. Эти славившиеся своими познаниями лидеры общины брахманов стали самыми ревностными сторонниками движения Чайтаньи. Вскоре Чайтанья вместе со своими близкими сподвижниками начал проводить на дому у Шривасы Тхакура ночные киртаны. Там он проповедовал, пел, танцевал и проявлял многообразие духовных эмоций. Джагай и Мадхай Согласно повелению Чайтаньи, каждый должен был ежедневно участвовать в проповеднической деятельности. Чайтанья наказал Нитьянанде и Харидасу Тхакуре идти и проповедовать от двери к двери, прося людей воспевать имена Кришны и вести праведную жизнь, а затем приходить и каждый вечер докладывать об успехах проповеди. Однажды, проходя по главной улице Навадвипы, Нитьянанда и Харидаса Тхакур увидели возбуждённую толпу людей. Расспросив, они узнали, что два брата по имени Джагай и Мадхай, напившись, нарушали общественный порядок. Они также узнали историю двух братьев: оба они родились в почтенной брахманской семье, но из-за дурного общения превратились в распутников. Они были пьяницами, мясоедами, охотниками за женщинами, бандитами, погрязшими во всех грехах. Выслушав рассказы о них, Нитьянанда решил, что эти две падшие души в первую очередь нуждаются в милости Чайтаньи. Нитьянанда подумал, что если они перестанут грешить, это ещё больше прославит Чайтанью. Нитьянанда и Харидаса пробились сквозь толпу и попросили Джагая и Мадхая повторять святое имя Кришны. От этой просьбы братья пришли в ярость и обрушили на Нитьянанду поток ругательств. Вечером, когда Чайтанье был представлен отчёт о проповеднической деятельности, он был рад узнать, что Нитьянанда и Харидаса пытались спасти этих грешников. На другой день Нитьянанда решил предпринять новую попытку проповеди братьям, но как только он приблизился к ним, Мадхай запустил в него обломком глиняного горшка, который попал Нитьянанде в лоб. Из раны полилась кровь, но Нитьянанда, вместо того чтобы возмутиться этим поступком, начал просить Джагая и Мадхая воспевать святое имя Кришны. Джагай был потрясён поведением Нитьянанды и тут же начал молить его простить своего грешного брата. Мадхай, однако, вновь попытался ударить Нитьянанду. Джагай остановил его и стал умолять его попросить прощения у Нитьянанды. Тем временем весть о том, что Нитьянанда ранен, достигла Чайтаньи, который в гневе поспешил к месту происшествия. Чайтанья, будучи самим Кришной, тут же призвал Сударшана-чакру — своё главное оружие, имеющее форму диска. Чайтанья хотел было убить Джагая и Мадхая, но Нитьянанда напомнил ему о его миссии, которая заключалась в освобождении падших душ Кали-юги, а Джагай и Мадхай были типичными представителями таких падших людей. В Пуранах говорится, что девяносто процентов людей в Кали-югу подобны Джагаю и Мадхаю. Утверждается, что в Кали-югу люди во всём мире будут обладать качествами последних шудр. Когда Чайтанья призывал свою Сударшана-чакру, а Нитьянанда умолял его простить братьев, оба брата припали к лотосным стопам Чайтаньи, прося прощения за своё недостойное поведение. Нитьянанда тоже просил Чайтанью простить раскаявшиеся души, и Чайтанья внял его просьбе с условием, что с этих пор братья навсегда откажутся от своей греховной и распутной жизни. Они согласились, пообещав бросить все свои греховные привычки, и Чайтанья простил их и никогда больше не напоминал им об их прошлых прегрешениях. Жители Навадвипы были очень удивлены. Они начали говорить между собой о том, что Нимай Пандит несомненно является посланником Всевышнего. Начиная с этого времени и до двадцать третьего года своей жизни Чайтанья проповедовал своё учение в Надии и во всех городах и селениях в округе. В домах своих последователей Чайтанья являл чудеса, учил сокровенным началам бхакти и проводил киртаны. Чайтанья и его сподвижники также начали совершать санкиртану — публичное пение имён Кришны на улицах и базарах Навадвипы. Это вызвало настоящую сенсацию и самые разные отклики у разных частей населения. Организация кампании гражданского неповиновения и обращение мусульманского судьи Некоторые брахманы завидовали популярности Нимая Пандита и строили ему разные козни. Их зависть дошла до того, что они обратились с жалобой к мусульманскому судье Навадвипы. Бенгалией тогда правили мусульмане, и губернатором провинции был Набоб Хуссейн Шах а его наместником в Навадвипе был судья Чханд Кази. Брахманы утверждали, что Нимай нарушает принципы индуизма, позволяя всем без разбора петь ведические мантры. Чханд Кази серьёзно отнёсся к жалобам брахманов и предупредил последователей Нимая Пандита, чтобы они не пели имена Кришны громко. Но Чайтанья велел своим последователям не подчиняться приказу мусульманского судьи и продолжать проводить уличную санкиртану. Тогда судья послал стражников, которые пришли в дом Шривасы Пандита и прервали санкиртану, разбив несколько мриданг. Они заявили, что если Нимай Пандит и его последователи не прекратят шуметь, проводя санкиртану на улицах, их силой обратят в ислам. Когда Нимай Пандит узнал о случившемся, он немедленно организовал кампанию гражданского неповиновения. Вечером того же дня Чайтанья собрал большую толпу жителей города и разделил её на четырнадцать групп санкиртаны. Во главе с Чайтаньей, толпа, с факелами и пением, направилось к дому Чханда Кази. В процессии приняли участие несколько десятков тысяч человек с сотнями мриданг и караталов (ручных цимбал). Эта процессия прошла по улицам Навадвипы, демонстрируя неповиновение указам мусульманского судьи. Когда процессия достигла дома Чханда Кази, тот от страха укрылся на верхнем этаже. Люди были настроены очень воинственно, но Чайтанья призвал их к спокойствию. Тогда Чханд Кази спустился вниз и попытался умилостивить Чайтанью, обратившись к нему как к своему племяннику. Он заметил, что Ниламбара Чакраварти приходится ему дядей, следовательно, мать Нимая Пандита, Шачидеви, — его двоюродная сестра. Чханд Кази спросил Чайтанью, может ли сын его сестры гневаться на своего дядю по матери, на что тот ответил, что раз уж Чханд Кази приходится ему дядей, он должен достойно принять племянника в своём доме. После этого, мусульманский судья вступил с Чайтаньей в долгую беседу о Коране и индуистских шастрах. Чайтанья задал вопрос об убийстве коров, и Чханд Кази отвечал Ему как положено, ссылаясь на Коран, и в свою очередь спросил о ведическом жертвоприношении коров. Чайтанья ответил, что это жертвоприношение, согласно Ведам, не является убийством. Старого быка или корову приносят в жертву, чтобы силой ведических мантр дать им молодое тело. Но в Кали-югу такие жертвоприношения коров запрещены, потому что нет квалифицированных брахманов, которые могли бы их проводить. Чайтанья объяснил, что в Кали-югу запрещены практически все ягьи, а для достижения любых целей рекомендуется только санкиртана. Чайтанья также указал на места в Коране, в которых говорилось о важности воспевания имён Бога. В конце концов, от общения с Чайтаньей сердце Кази переполнилось духовными эмоциями, все сомнения исчезли из его ума и он стал последователем Чайтаньи. Чханд Кази объявил, что с этого времени никто не имеет права препятствовать движению санкиртаны и завещал это своим потомкам. В Навадвипе сохранилась могила Кази, и паломники-вайшнавы приходят туда, чтобы поклониться ему. В Навадвипе и поныне живут потомки Кази, и никогда, даже во время индо-мусульманских столкновений, они не препятствовали санкиртане. Жители Навадвипы были поражены духовным могуществом Нимая, и вскоре к его движению присоединились сотни новых последователей. Чудо с манговым деревом Пока Чайтанья был грихастхой, он не являл тех чудес, какие обычно ожидают от подобных личностей, но однажды в разгар санкиртаны в доме Шривасы Тхакура он совершил чудо. Спросив у вайшнавов, чего бы им хотелось отведать, и узнав, что они хотят манго, Чайтанья попросил манговое семя и посадил его во дворе у Шривасы. Оно тотчас же проросло и на глазах у всех побег превратился во взрослое дерево, ветви которого сгибались под тяжестью спелых плодов. Дерево так и осталось стоять во дворе Шривасы, и с тех пор вайшнавы снимали с него столько плодов, сколько хотели. Принятие санньясы Чайтанья считал любовь гопи Вриндавана к Кришне наивысшим проявлением любви к Богу. Отдавая должное чистоте их любви, Чайтанья однажды вместо имён Кришны начал воспевать имена гопи. В это время к нему подошли несколько учеников. Услышав, что Чайтанья повторяет имена гопи, они были крайне удивлены и посоветовали ему повторять имя Кришны, тем самым нарушив духовный экстаз Чайтаньи. Он отчитал их и выгнал вон. Эти студенты были почти одного возраста с Чайтаньей и вообразили, что равны ему. Среди обывателей этот случай вызвал злобные толки. Когда это стало известно Чайтанье, он задумался над тем, что общество состоит из разных типов людей. Он заметил, что бхакти, главным образом, противятся студенты, учителя, люди, занятые кармической деятельностью, йоги и всевозможные атеисты. Чайтанья думал о выполнении своей миссии, которая заключалась в том, чтобы освободить все падшие души Кали-юги. Он пришёл к выводу, что если люди будут оскорблять его, принимая его за обыкновенного человека, то они лишаться возможности получить его милость. Чтобы стать на путь бхакти, они так или иначе должны оказывать ему почтение. Тогда Чайтанья решил принять отречённый образ жизни, санньясу, потому что большинство людей оказывают почтение санньяси, которые в индуизме считаются учителями всех варн и ашрамов. В то время как Чайтанья размышлял о принятии санньясы, Навадвипу посетил Кешава Бхарати — санньяси школы майявады, живший в бенгальском городе Катва. Когда Кешава Бхарати пришёл отобедать дома у Чайтаньи, Чайтанья попросил посвятить его в санньясу. Таковым является порядок принятия санньясы — её можно принять только от другого санньяси. Мать и жена Чайтаньи уговаривали его не идти на этот шаг, но он был твёрд в своём решении. Хотя Чайтанья был самим Кришной и соответственно полностью независим во всех отношениях, тем не менее, желая соблюсти установленный порядок, он принял санньясу от Кешавы Бхарати, хотя тот и не принадлежал к одной из вайшнавских сампрадай. Посоветовавшись с Кешавой Бхарати, Чайтанья отправился из Навадвипы в Катву, где и состоялась церемония, провести которую помогли Нитьянанда, Чандрашекхара Ачарья и Мукунда Датта. Принятие санньясы Чайтаньей подробно описано в «Чайтанья-бхагавате» Вриндаваны Дасы Тхакура. Произошло это в 1510 году, когда Чайтанье было 24 года. После этого он стал полноправным проповедником вайшнавизма. При принятии санньясы, Нимай Пандит получил новое имя — Шри Кришна Чайтанья. Будучи санньяси, Чайтанья не носил ничего, кроме каупины (набедренной повязки) и бахирвасы (полотна, используемого как верхняя одежда). Его голова была обрита наголо, а в руках он носил данду и камандалу (отшельнический кувшин для воды). Пока Чайтанья был домохозяином, его основными помощниками были Адвайта Ачарья и Шриваса Тхакур, а после принятия санньясы его главными помощниками стали Нитьянанда, направленный проповедовать в Бенгалию, и шесть Госвами (Рупа Госвами, Санатана Госвами, Джива Госвами, Гопала Бхатта Госвами, Рагхунатха Даса Госвами и Рагхунатха Бхатта Госвами). Позже, Чайтанья послал их во Вриндавану, чтобы провести раскопки в местах, где ранее проходили игры Кришны. Приняв санньясу, Чайтанья хотел сразу же отправиться во Вриндавану. Три дня подряд он шёл по местам, где не протекает Ганга. При одной лишь мысли о том, что он направляется во Вриндавану, Чайтанью охватывал духовный экстаз. Однако Нитьянанда отвлёк его от цели этого путешествия и привёл в дом Адвайты Ачарьи в Шантипуре, где Чайтанья провёл несколько дней. Понимая, что Чайтанья навсегда покидает свой дом, Адвайта Ачарья собрал в своём доме множество друзей и почитателей Чайтаньи из Навадвипы, а также послал своих слуг за его матерью Шачидеви, чтобы она могла увидеться с сыном. Когда Шачидеви встретилась со своим сыном в доме Адвайты Ачарьи и увидела его в одеянии санньяси, она долго причитала. В качестве компромисса, Шачидеви попросила Чайтанью не уезжать во Вриндавану, а обосноваться в Пури, откуда ей легче было бы получать известия о нём. Чайтанья согласился исполнить последнее желание своей матери. Путешествие в Пури Затем Чайтанья направился в Пури. Его путешествие из Шантипура в Пури описано в его жизнеописаниях очень подробно. По берегу реки Бхагиратхи он дошёл до Чхатрабхога, а затем на лодке доплыл до Праяг-гхата в области Мединипур. Через Балешвар и Катак, посетив по пути храм Шивы в Бхубанешваре, он пришёл в Пури. Там он получил даршан Джаганнатхи в храме и остановился у Сарвабхаумы Бхаттачарьи по просьбе последнего. По пути туда Чайтанья побывал во многих примечательных местах. Он посетил храм в Ремуне, в котором находилось божество Кришны, которое украло для своего преданного Мадхавендры Пури сгущённое молоко. С тех пор это мурти Кришны стало называться Кшира-чора-гопинатха. Описывается, что эта история доставила Чайтанье огромное удовольствие. Согласно традиции вайшнавизма, склонность к воровству есть даже в Боге, но когда её проявляет Бог, она уже не носит извращённого характера и становится предметом поклонения, поскольку с абсолютной точки зрения Бог и Его склонность к воровству тождественны друг другу. Эта история Мадхавендры Пури и Кшира-чора-гопинатхи ярко описана Кришнадасой Кавираджей в его «Чайтанья-чаритамрите». После посещения храма Кшира-чора-гопинатхи в Ремуне, которая находится недалеко от города Баласор в штате Орисса, Чайтанья направился в Пури и по пути посетил храм Сакши-гопалы, в котором находится мурти Кришны, ставшее свидетелем в семейном споре двух брахманов-вайшнавов. Чайтанья с наслаждением выслушал историю Сакши-гопалы. В индуизме — мурти Бога, почитаемые в храмах — не идолы, а воплощения Бога, тождественные Ему во всех отношениях. На любовь вайшнава мурти отвечает взаимностью пропорционально силе его любви. В истории с Сакши-гопалой, желая уладить семейный конфликт между вайшнавами, а также чтобы проявить особую милость к своим слугам, Кришна прошествовал от Вриндаваны до Видьянагары, деревни в Ориссе, в форме своего воплощения мурти. Оттуда божество было перевезено в Каттак, где до сих пор ему поклоняются в храме Сакши-гопалы, который посещают тысячи паломников, направляющихся в Пури. Чайтанья переночевал там, а затем продолжил свой путь в Пури. По дороге Нитьянанда сломал его данду (посох санньяси). Чайтанья сделал вид, что рассердился на него за это, и пошёл в Пури один, оставив своих спутников позади. Чайтанья получает даршан Джаганнатхи Войдя в храм Джаганнатхи в Пури и получив даршан божества Джаганнатхи, Чайтанья тотчас же погрузился в духовный экстаз и без чувств упал на пол храма. Служители храма не смогли понять духовной природы происходящего, но в это время там находился известный учёный пандит Сарвабхаума Бхаттачарья. Он был главным пандитом при дворе царя Ориссы Пратапарудры. Сарвабхаума Бхаттачарья принадлежал к школе Шанкары и был одним из крупнейших пандитов своего времени. Описывается, что его учёность не знала границ и что он был непревзойдённым ньяйиком, внутри своей школы считавшимся самым искушённым толкователем философии веданты. Сарвабхаума родился в Видьянагаре и там, в своей школе, преподавал философию ньяи большому числу учеников. Незадолго до рождения Чайтаньи он переехал в Пури. Бхаттачарья, как человек широко образованный и хорошо знакомый с шастрами, смог понять, что случившийся с Чайтаньей при входе в храм Джаганнатхи обморок не был обычным явлением. Бхаттачарья понимал, что подобное духовное состояние встречается очень редко и бывает только у особо возвышенных личностей, которые находятся на уровне полного забвения материального бытия. Поэтому он попросил служителей храма отнести Чайтанью к нему домой, чтобы иметь возможность наблюдать за его бессознательным состоянием. Чайтанью тут же перенесли в дом Бхаттачарьи. Учёный пандит хотел тщательно проверить подлинность духовного состояния Чайтаньи, потому что люди часто имитируют внешние признаки духовного экстаза, щеголяя своими достижениями в стремлении привлечь простодушных людей и извлечь из этого выгоду. Однако Бхаттачарья был способен отличить притворщика от духовно возвышенной личности. В случае с Чайтаньей Махапрабху Бхаттачарья проверил все симптомы в соответствии с указаниями шастр. Он наблюдал за сокращениями желудка, биением сердца, движением воздуха в ноздрях, прощупывал пульс Чайтаньи и понял, что деятельность всего организма приостановилась. Поднеся к его ноздрям небольшой клочок ваты, он по лёгкому колебанию волокон обнаружил едва заметное дыхание. Так он убедился в подлинности бессознательного состояния Чайтаньи и стал принимать предписанные в таких случаях меры. Бхаттачарья, однако, не знал, что Чайтанья мог прийти в сознание только от звуков имени Кришны, воспеваемого вайшнавами. Тем временем подошедшие к храму спутники Чайтаньи узнали о случившемся от паломников, которые всё ещё обсуждали это происшествие. Узнав, что Чайтанья лежит без сознания в доме Сарвабхаумы Бхаттачарьи, они отправились туда. После того, как все пришедшие начали громко петь имена Кришны, Чайтанья пришёл в себя. Затем Бхаттачарья принял всех его спутников, включая Нитьянанду, и попросил их быть его почётными гостями. Вся группа, вместе с Чайтаньей, направилась к морю, чтобы совершить омовение, а Бхаттачарья приготовил для них помещение и пищу в доме Каши Мишры. Ему помогал его шурин, Гопинатха Ачарья. Бхаттачарью поразила красота Чайтаньи, и он выразил опасение, что столь прекрасному юноше будет непросто исполнять обеты санньяси на протяжении всей своей жизни. Гопинатха Ачарья, знавший Чайтанью ещё по Навадвипе и глубоко почитавший его, возразил, что этот санньяси не был простым человеком. По этому поводу между Гопинатхой Ачарьей и Бхаттачарьей завязалась дружеская беседа о божественности Чайтаньи, в ходе которой Гопинатха Ачарья пытался доказать, что Чайтанья является Всевышним, а Бхаттачарья утверждал, что он — один из великих вайшнавов. Оба отстаивали свою точку зрения, опираясь на шастры. Воплощения Бога в индуизме определяются по свидетельству шастр, а не большинством голосов группы людей. Позже, Бхаттачарья рассказал о том, что он тоже был родом из окрестностей Навадвипы, что дед Чайтаньи по матери Ниламбара Чакраварти и отец Сарвабхаумы Бхаттачарьи учились в одной школе. Поэтому Чайтанья вызвал у Бхаттачарьи отеческое чувство. Обращение Сарвабхаумы Бхаттачарьи Бхаттачарья был учителем многих санньяси в сампрадае Шанкары и сам был последователем этой школы. Поэтому Бхаттачарья пожелал, чтобы молодой санньяси Чайтанья выслушал учение веданты в его изложении. Веданту изучают все подлинные сампрадаи в индуизме, но каждая из них трактует её по-своему. Чайтанья согласился брать у Бхаттачарьи уроки по веданте, и они расположились в храме Джаганнатхи, где Бхаттачарья говорил непрерывно в течение семи дней, и Чайтанья, не перебивая, очень внимательно слушал его. Молчание Чайтаньи заронило сомнение в сердце Бхаттачарьи, и он поинтересовался, почему Чайтанья ни о чём не спрашивает и никак не комментирует его толкования веданты. Играя роль неразумного студента, Чайтанья сделал вид, что слушает веданту в изложении Бхаттачарьи, поскольку тот считал, что это входит в обязанности санньяси. Но Чайтанья не был согласен с его трактовкой. Этим он давал понять, что ведантисты из сампрадаи Шанкары или любой другой сампрадаи, не следующие наставлениям Вьясадевы, изучают веданту механически и их знание является неполным. В гаудия-вайшнавизме считается, что Вьяса, автор «Веданта-сутр» объяснил их значение в «Бхагавата-пуране». Не зная «Бхагавата-пураны», едва ли можно понять веданту. Бхаттачарья догадывался о причине многодневного молчания Чайтаньи. Оно недвусмысленно показывало, что у Чайтаньи были свои соображения, и Бхаттачарья попросил его поделиться ими. На это Чайтанья ответил, что он прекрасно понимает смысл таких ведантических сутр, как джанмадй асья ятах, шастра-йонитват и атхато брахма-джигьяса, но когда Бхаттачарья даёт им свои толкования, их становится трудно понять. Смысл сутр уже разъяснён в них самих, а толкования Бхаттачарьи только скрывают его, подменяя его чем-то другим. Чайтанья заявил, что Бхаттачарья сознательно не принимает прямого смысла сутр, а вместо этого даёт им собственные косвенные толкования. В продолжении Чайтанья объяснил, что смысл мантр Упанишад был обобщён Вьясой в «Веданта-сутрах». Авторитет Вед бесспорен и не подлежит сомнению. Всё сказанное в Ведах следует принимать полностью, иначе это представляет собой вызов их авторитету. Ведические наставления самодостаточны, и если какие-то мирские существа трактуют их по-своему, они тем самым отрицают авторитет Вед. Мнение составителя ведической литературы Вьясы уже представлено в сутрах, и нет необходимости обращаться за их толкованием к менее значительным личностям. «Веданта-сутры» «сияют, как полуденное солнце», а попытка Бхаттачарьи дать светозарным «Веданта-сутрам» собственное толкование затмевает это солнце облаком его воображения. Бхаттачарья пытался защитить себя и школу майявады, к которой принадлежал, с помощью логических и грамматических уловок, но благодаря своим аргументам Чайтанья одержал над ним полную победу. Он подтвердил, что живые существа вечно связаны с Личностью Бога, и что их долг во взаимоотношениях с Ним — любовное преданное служение, бхакти. В результате таких взаимоотношений джива достигает премы, чистой любви к Богу. Когда человек достигает любви к Богу, сама собой приходит и любовь ко всем другим живым существам, потому что Бог есть совокупность всех живых существ. Чайтанья сказал, что в Ведах только три темы имеют значение: вечная связь с Богом, взаимоотношения с Ним и достижения любви к Нему, — всё остальное является излишним и надуманным. Затем Чайтанья добавил, что философия майявады, которой учил Шанкара, представляет собой мнимое объяснение Вед, которое Шанкара проповедовал по повелению Всевышнего. В «Падма-пуране» описывается, как Вишну приказал Шиве отвлечь от Него, Верховного Господа, человечество. Личность Бога необходимо было скрыть, чтобы поощрить людей к умножению потомства. Тогда Шива пообещал прийти на землю в Кали-югу в облике брахмана и проповедовать философию майявады. Выслушав всё, что сказал Чайтанья, Бхаттачарья был поражён. Чайтанья заверил его, что нет причин для удивления и объявил, что преданное служение Богу является высшей целью человеческой жизни. Затем Чайтанья процитировал шлоку из «Бхагавата-пураны» и объяснил Бхаттачарье, что даже освобождённые души, которые полностью погружены в процесс духовного осознания, также приходят к бхакти, потому что Кришна обладает духовными качествами, привлекающими сердца даже освобождённых душ. Тогда Бхаттачарья выразил желание услышать от Чайтаньи объяснение «шлоки атмарама» из «Бхагавата-пураны» (1.7.10). Но Чайтанья попросил в ответ, чтобы Бхаттачарья сначала сам объяснил эту шлоку, сказав, что своё толкование даст после него. Бхаттачарья объяснил шлоку как подобает учёному, опираясь, в основном, на логику. Он дал девять основанных на логике различных объяснений. Выслушав Бхаттачарью, Чайтанья поблагодарил его за проделанный научный анализ, а затем дал шестьдесят четыре своих толкования, помимо девяти, данных Бхаттачарьей. Выслушав от Чайтаньи объяснение шлоки атмарама, Бхаттачарья пришёл к выводу, что ни одно из земных существ не способно провести такой научный анализ. Ранее Гопинатха Ачарья пытался убедить его в божественности Чайтаньи, однако тогда он не смог согласиться с этим. Но объяснение Чайтаньей «Веданта-сутр» и шлоки атмарама поразило Бхаттачарью. Он понял, что совершил величайшее оскорбление, не признав в Чайтанье самого Кришну. После этого Бхаттачарья предался Чайтанье, раскаявшись в том, что раньше неподобающе вёл себя с ним. Тогда Чайтанья предстал перед ним в своей четырёхрукой форме Нараяны, а затем в своей двурукой форме Кришны с флейтой в руках. Бхаттачарья тут же припал к стопам Чайтаньи и, восхваляя его, сочинил более ста шлок. Описывается, что когда Чайтанья обнял его, Бхаттачарья впал в духовный экстаз, утратил физическое восприятие жизни. Слёзы, дрожь, сердцебиение, испарина, наплыв чувств, танец, пение, крики — все восемь признаков транса проявились в его теле. Гопинатха Ачарья очень обрадовался и удивился чудесному обращению своего шурина. Из ста шлок, в которых Бхаттачарья прославил Чайтанью, в двух объясняется суть миссии Чайтаньи. Я предаюсь Личности Бога, который явил Себя как Господь Шри Чайтанья Махапрабху. Он — океан милости. Он низошёл, чтобы дать нам знание, научить нас непривязанности к материальному и преданному служению Ему. Поскольку с течением времени чистое преданное служение Господу было предано забвению, Господь явил Себя, чтобы возродить эти принципы, и потому я припадаю к Его лотосным стопам. Чайтанья как основатель гаудия-вайшнавизма Несмотря на то, что Чайтанья получил инициацию в философском течении (сампрадае) Мадхавачарьи, которое относится к двайта-веданте, из-за существующих значительных различий в теологии и духовных практиках с линией Мадхвачарьи, Чайтанья считается основателем своей собственной философской традиции в рамках вайшнавизма, известной как гаудия-вайшнавизм. Шикшаштака Насколько известно, Чайтанья не оставил после себя никаких письменных наставлений, за исключением Шикшаштаки (что в переводе с санскрита означает «восемь наставлений»). Считается, что в этих стихах содержится в сжатой форме вся философия гаудия-вайшнавизма. Шесть Госвами Вриндавана и их последователи Чайтанья попросил избранную группу своих последователей (которые позднее стали известны как Шесть Госвами Вриндавана) систематически изложить в письменной форме гаудия-вайшнавское богословие. Этих вайшнавов-святых и богословов звали: Рупа Госвами, Санатана Госвами, Гопала Бхатта Госвами, Рагхунатха Бхатта Госвами, Рагхунатха Даса Госвами и Джива Госвами, который был племянником братьев Рупы и Санатаны. Они были ответственны за создание теологии гаудия-вайшнавизма. Нароттама Даса Тхакура, Шриниваса Ачарья и Шьямананда Пандита были самыми активными проповедниками во втором поколении гаудия-вайшнавизма. Получив обучение у Дживы Госвами, они сыграли ключевую роль в распространении учений Шести Госвами Вриндавана по всей Бенгалии, Ориссе и другим регионам Восточной Индии. В первый раз лидеры всех ветвей последователей Чайтаньи собрались вместе на фестивале в Кхетури, организованном женой Нитьянанды Прабху — Джахнава Тхакурани. На таких фестивалях различные группы последователей Чайтаньи получали возможность познакомиться друг с другом и ознакомиться с теологическими и практическими нюансами каждой ветви. Учение Чайтаньи на Западе В XX веке учение Чайтаньи принёс на запад Бхактиведанта Свами Прабхупада, который был представителем ветви Сарасвата (то есть учеников Бхактисиддханты Сарасвати) в традиции Чайтаньи. С целью распространения учения Чайтаньи по всему миру, Бхактиведанта Свами основал в 1966 году в США Международное общество сознания Кришны. Клаус Клостермайер оценивает вклад Чайтаньи и Бхактиведанты Свами Прабхупады следующим образом: «Вклад Чайтаньи Махапрабху и его последователей в культуру XVI века, в воспитание чувств людей, в формирование как искусства, так и религии огромен. Шри Чайтанья принёс в религию красоту и искусство, он направлял эмоции верующих к высшему объекту. Тем, кто отождествлял религию исключительно с отречением и отказом от всех форм наслаждения, Чайтанья Махапрабху подсказал, что Бог есть Любовь, Бог есть Радость, Бог есть Жизнь. Обществу, которое, не раздумывая, отождествляло счастье с чувственными наслаждениями, самовосхвалением и всем, что можно купить за деньги, Шрила Прабхупада проповедовал трансцендентное блаженство жизни в сознании Бога. Мир, в котором Бог присутствует лично, не может быть иллюзией. Для Бхактиведанты Свами было гораздо важнее найти Бога в мире, чем покинуть мир в поисках освобождения. Вместо того, чтобы назвать чувства вратами в ад и объявить объекты чувств причиной всех страданий жизни, Чайтанья (и, соответственно, Шрила Прабхупада) провозгласил их вратами в рай и инструментами духовного развития.» Ближе к концу XX века, другие гуру из ветви Сарасвата, а также и последователи остальных движений в индуизме в которых поклоняются Чайтанье Махапрабху, в их числе преданные из важнейших святых мест вайшнавизма в районах Матхуры, Западной Бенгалии и Ориссы, тоже основали храмы, посвящённые Кришне и Чайтанье за пределами Индии. С конца XX века Кришна-бхакти также изучается как наука кришналогия в ряде высших учебных заведений мира. Влияние Чайтаньи на индуизм Вдобавок к сильному влиянию на индуизм в целом, в Бенгалии культурное наследие Чайтаньи оставило глубокий след: множество людей совершает поклонение ему как аватаре Кришны ежедневно. Чайтанье также приписывается нахождение утерянного древнего писания «Брахма-самхиты». Чайтанья в гаудия-вайшнавизме Кришнаитские богословы приводят ряд цитат из Вед и Пуран, в которых, по их мнению, был предсказан приход Чайтаньи, его миссия и его божественное положение. Один из ключевых текстов — это текст 11.5.32 из «Шримад-Бхагаватам» — одной из основных Пуран, которую традиция индуизма датирует концом IV тыс. до н. э., а большинство учёных — IX веком. kṛṣṇa-varṇaḿ tviṣākṛṣṇaḿ sāńgopāńgāstra-pārṣadam yajñaiḥ sańkīrtana-prāyair yajanti hi su-medhasaḥ "В век Кали разумные люди, собираясь вместе, славят Господа и поклоняются Его воплощению, непрестанно поющему имя Кришны. Хотя цвет Его тела не темный, это Сам Кришна. С Ним всегда Его личные спутники, слуги, оружие и приближённые." Средневековый кришнаитский богослов Джива Госвами, объясняя этот стих в своём комментарии к «Шримад-Бхагаватам» «Крама-сандарбха» говорит, что иногда Кришна нисходит в этот мир в златокожем облике. Златокожий Кришна — это и есть Чайтанья, «почитаемый разумными людьми нашей эпохи». Об этом говорится в другом месте в «Шримад-Бхагаватам», в словах риши Гарги, который говорит, что, хотя Кришна родился темнокожим, в другие юги он воплощается в теле красного, белого или жёлтого цвета. В Сатья-югу и Трета-югу он является в теле белого и красного цветов. В облике Чайтаньи Махапрабху, Кришна явил себя в теле золотисто-жёлтого цвета и поэтому прославился под именем Гаурахари («золотистого Хари»). Джива Госвами поясняет, что выражение кришна-варнам в данном стихе Бхагаватам указывает на Чайтанью. Имя «Кришна» в одинаковой степени относится и к Кришне, и к Чайтанье. Хотя Чайтанья Махапрабху — сам Всевышний, Кришна, он непрестанно говорит о Кришне и испытывает духовное блаженство, когда воспевает и вспоминает его имя и облик. Сам Кришна явился в образе Чайтаньи, чтобы дать людям высшую религию любви. Чайтанья всегда занимался киртаном — пением и прославлением святого имя Кришны, и, поскольку он неотличен от Кришны, говорится, что любой, кто встречается с ним, невольно сам начинает петь имена Кришны и рассказывать о нём другим. Считается, что Чайтанья «вдыхает в человека божественное сознание Кришны и тем самым погружает его в духовное блаженство». В лице Чайтаньи людям всегда предстает сам Кришна — как лично, так и в звуке своего имени. В священных текстах гаудия-вайшнавизма утверждается, что достаточно взглянуть на Чайтанью Махапрабху, и человек сразу вспоминает о Кришне. Чайтанья — не кто иной, как сам Кришна. Слово сангопангастра-паршадам также рассматривается как доказательство того, что Чайтанья — это сам Кришна. Чайтанья всегда украшен браслетами из сандалового дерева и умащён сандаловой пастой. Своей красотой он пленяет всех людей Кали-юги. В другие века Бог покорял асуров силой оружия, но в нынешний век он делает это, «приняв неотразимо прекрасный облик Чайтаньи Махапрабху». Джива Госвами объясняет, что красота Чайтаньи — это астра, оружие против демонов. Поскольку Чайтанья привлекателен для всех, все девы находятся в кругу его приближённых. Его деяния необычны, а спутники — прекрасны. Когда Чайтанья проповедовал движение санкиртаны, он сделал своими последователями известных пандитов и ачарьев, особенно в Бенгалии и Ориссе. Чайтанью всегда сопровождают его ближайшие спутники: Нитьянанда, Адвайта Ачарья, Гададхара Пандит и Шриваса Тхакур. В своём комментарии Джива Госвами цитирует стих из ведического писания, в котором говорится о ненужности обрядовых жертвоприношений и церемоний. Джива Госвами замечает, что вместо показных, помпезных ритуалов люди всех каст, национальностей и вероисповеданий должны собираться вместе и под пение мантры Харе Кришна поклоняться Чайтанье. Он говорит, что слова кришна-варнам твишакришнам указывают на то, что предпочтение нужно отдавать киртану имени Кришны, как это делал сам Чайтанья. Поэтому, чтобы поклоняться Чайтанье, нужно вместе с другими петь мантру Харе Кришна. Джива Госвами также говорит о том, что не имеет смысла призывать людей поклоняться Богу в храмах, церквях и мечетях: они потеряли к этому всякий интерес. Но мантру Харе Кришна люди могут петь и повторять везде и всюду. Такое поклонение Чайтанье — самый возвышенный вид деятельности, и, занимаясь ей, человек достигает конечной цели дхармы: приносит удовлетворение Всевышнему. Сарвабхаума Бхаттачарья, знаменитый ученик Чайтаньи, сказал: «Суть преданного служения была забыта, поэтому Кришна Чайтанья пришёл, чтобы восстановить путь бхакти. Он очень милостив, ибо распространяет любовь к Кришне. Пусть же каждого всё сильнее влечёт к его лотосным стопам, как пчелу влечёт к цветку лотоса». ►Шри Чайтанйа Махапрабху – Жизнь и Учение - Rus.pdf
  3. В соответствии с астрологическими вычислениями, в день Макара-санкранти, при благоприятном сочетании звезд, Нимаи Пандит пошел в Катву и принял санньясу, отреченный уклад жизни. С тех пор Он стал известен как Шри Чайтанья Махапрабху. Он переплыл Гангу и в мокрой одежде побежал в Катву. Совсем незадолго до этогоОн сказал Своим друзьям, но не всем, а лишь нескольким, включая Нитьянанду Прабху, Гададхару Пандита, Мукунду и некоторых других, что очень скоро наденет одежды отречения. Всего несколькими днями раньше Нимаи Пандиту образовалась оппозиция. Те, кто высшим началом считали материальную природу, а в сознании видели порождение материи, стали поносить Его. Он подумал: «Я пришел, чтобы освободить худших из людей, но если они будут Меня оскорблять, то закроют себе дорогу к спасению». Неожиданно Он сказал: «Я принес лекарство, которое дает величайшее облегчение, но вижу, что их болезнь быстро прогрессирует и как будто неизлечима. Она, своим чередом, приведет к гибели. Больные оскорбляют своего Врача, понося Его. Они готовятся жестоко обойтись со Мной. Они думают, что Я семейный человек, их земляк — считают Меня одним из своего круга. Я принес лучшее лекарство для нынешней порочной эпохи, а теперь вижу, что они плетут против Меня заговор. Ныне они обречены. Нужно, по крайней мере, показать им, что Я не один из них». «Оставлю семейную жизнь, — думал Он, — приму санньясу и буду странствовать из деревни в деревню, из города в город, проповедуя Святое Имя Кришны». Так Он решил, и через несколько дней отправился в Катву, чтобы принять санньясу у Кешавы Бхарати Махараджа. Накануне того дня, когда Нимаи Пандит ушел, чтобы принять санньясу, в Его доме с полудня до самого вечера проходило стихийное собрание преданных. Каждый год в Бенгалии в этот день праздновали Лакшми-пуджу — праздник в честь Богини процветания. В это время готовили и раздавали особые пирожные. Нимаи, рано утром следущего дня собираясь покинуть Навадвипу, чтобы принять санньясу в Катве, так привлек Своих последователей, что увидеться с Ним в тот вечер пришли почти все ведущие преданные. Они принесли цветочные гирлянды и множество других даров, чтобы приподнести все это Господу. Нимаи принял гирлянды, а потом повесил их на шею преданным, которые их предложили. Только четверо Его самых близких преданных знали, что Он уходит; основная масса преданных не ведала, что наступает Его последняя ночь в Навадвипе. Он собственноручно одел на шеи Своим преданным гирлянды и обратился к ним: «Всегда воспевайте Имя Кришны. Ни при каких обстоятельствах не оставляйте Кришна-наму. И больше вам ничего не надо. Работаете ли вы, едите, спите или идете куда-нибудь — делаете то или другое — днем и ночью непрестанно призывайте Имя Кришны. Постоянно говорите о Кришне, и ни о чем ином. Если вы по-настоящему Меня любите, то ничего не делайте без воспевания Имени Кришны. Развивайте сознание Кришны. Кришна — источник всех нас. Он наш отец — мы произошли от Него. Если сын не выражает почтительности Своему отцу, его непременно ждет наказание рождение за рождением. Всегда воспевайте эти имена Господа: «Харe Кришнa Харe Кришнa Кришнa Кришнa Харe Харe/Харe Рамa Харe Рамa Рамa Рамa Харe Харe». Больше никаких религиозных установлений не нужно. Воспевайте «Харе Кришна». Это не обычная мантра — это маха-мантра, величайшая из всех великих мантр, сама суть всех мантр, известных миру. Все время обращайтесь лишь к ней. Не нужно следовать никаким другим предписаниям. Помните вашего Господа, ваш дом. Сейчас вы живете в чужой стране — вам не к чему тут стремиться. Старайтесь никогда не отклоняться от дороги домой, обратно к Богу». Так говорил Господь, и к Нему пришли все преданные, ибо интуитивно чувствовали, что это последняя ночь Нимаи Пандита в Навадвипе. Поздно ночью пришел преданный по-имени Шридхара Кхолавеча. Источником доходов ему служили банановые деревья. Он продавал плоды, спелые или зеленые, и банановые листья, которые использовали вместо тарелок. Иногда Нимаи недоплачивал ему за фрукты, а иногда просто выхватывал у него лучшие плоды. Шридхара пришел к Нему поздно ночью, чтобы предложить превосходную тыкву. И Нимаи подумал: «Почти всю жизнь Я только и делал, что воровал у него бананы и прочее, а теперь, в эту последнюю ночь, он принес такую чудесную тыкву. Я не могу устоять». «Мама, Шридхара подарил Мне эту тыкву, — обратился Он к Шачи-деви. — Подумай, пожалуйста, как ее можно приготовить». Когда надо было ложиться спать, кто-то принес молоко. «Мама, приготовь, пожалуйста, с этим молоком и тыквой сладкий рис», — сказал Нимаи. Так Шачи-деви приготовила тыквенный сладкий рис: тыкву, сваренную с молоком, рисом и сахаром. Совсем поздно, около трех часов ночи, Нимаи покинул дом. Он оставил спящую Вишнуприю-деви. Его мать Шачи-деви, чувствуя, что должно случиться, всю ночь не смыкала глаз, стоя у ворот, как часовой. Нимаи поклонился ей и вышел. И когда Нимаи удалился, мать Шачи-деви села у ворот и застыла подобно каменной статуе. Она не могла вымолвить ни слова, лишившись дара речи. В начале четвертого утра Нимаи переплыл Гангу и, в мокрой одежде, побежал прямо в Катву, до которой было двадцать пять. миль. Прибежал Он туда около девяти или десяти часов. Там Он обратился к Кешаве Бхарати с просьбой дать Ему санньясу. Рано утром преданные пришли навестить Нимаи и у ворот увидели Шачи-деви, сидевшую неподвижно, как статуя. Дверь была открыта. Все будто опустело. «Что случилось, Шачи-деви?» — спросили они. «Я ждала вас, преданные, — сказала она. — Берите этот дом во владение. Я пойду куда-нибудь в другое место. Я больше не могу войти в этот дом. Вы Его преданные, вы — подлинные наследники. Берите во владение». Они столпились вокруг нее и стали успокаивать: «Ты уйдешь? А как же юная жена, которую Он оставил? Девочке всего четырнадцать лет! Кто будет о ней заботиться? Ты не можешь избежать возложенной на тебя ответственности. Ты должна исполнить свой долг». Так они ее успокаивали и пытались вселить в нее какую-то надежду. Вскоре все преданные узнали, что Нимаи Пандит, Шри Гауранга, покинул Навадвипу. Им стало известно, что Он пошел в Катву, в ашрам Кешавы Бхарати, чтобы принять санньясу и навсегда распрощаться с жителями Навадвипы. Черная тень опустилась на город. Многие начали стенать и плакать по Нему. Многие побежали в Катву. Нимаи Пандит был несравненным ученым, наделенным прекрасной внешностью и характером — высокий, светлокожий и великодушный. Он уже свел людей с ума от Святого Имени Кришны. Он очистил от скверны порока двух величайших грешников — Джагаи и Мадхаи. Он обуздал мусульманского правителя, кази, который разбил барабан-мридангу. Как прославленный пандит, Он победил многих ученых, которые приходили, чтобы попытаться «завоевать» Навадвипу, в то время очень знаменитую за высокий уровень своей науки, особенно логики. Тогда в Навадвипе были очень развиты логика (ньяя), поклонение материальной природе (тантра) и казенный индуизм (смрити). Навадвипа очень славилась своей ученостью. Пандит не мог стать знаменитым, не победив ученых из Навадвипы. Кешаве Кашмири, чтобы засвидетельствовать, какой он пандит, пришлось прийти в Навадвипу из далекого Кашмира. И Нимаи Пандит победил его. Кешава Кашмири был таким большим пандитом, что ходила молва, будто бы он — любимый сын Сарасвати, богини учености. Никто не мог с ним соперничать. И тем не менее, Нимаи Пандит победил его. Но так как навадвипцы не принимали Нимаи Пандита, Он навсегда покинул Навадвипу и принял санньясу. Он пошел в Катву, где, на самом берегу Ганги, жил санньяси по имени Кешава Бхарати. Нимаи пришел к нему и попросил у него санньясу. Бхарати вдруг увидел, что его ашрам наполнился сиянием. Сначала ему показалось, что навстречу ему движется солнце, потом он разглядел, что это приближается какой-то сияющий человек. Кешава Бхарати поднялся со своего сиденья и, с широко раскрытыми от удивления глазами, двинулся навстречу чудесному гостю. «Что это?» — думал он. Потом он понял, что пришел Нимаи Пандит — великий преданный-ученый. Нимаи подошел к нему и сказал: «Я хотел бы принять от вас санньясу». Но Кешава Бхарати ответил Нимаи отказом. «Меня восхитили Твои красота и величие, — сказал он, но Ты так молод — всего двадцать четыре года. А как же Твои мать, Твоя жена, Твои опекуны? Я не осмелюсь вручить Тебе одежду отреченного, не посоветовавшись с ними». Тем временем, поскольку было Макара-санкранти — всеми любимый праздник, множество людей пришло омыться в святых водах Ганги. Они собирались на берегу, и вскоре, как пожар, распространился слух: «Нимаи Пандит из Навадвипы пришел принять санньясу!» Это неожиданное известие потрясло народ, и вскоре перед ашрамом Кешавы Бхарати собралась огромная толпа. Все собравшиеся были против санньясы Махапрабху. Некоторые из них громко возражали: «Эй, Кешава Бхарати! Мы не позволим тебе дать санньясу этому юноше! У него есть семья — мать и жена! Мы не позволим! Если ты дашь этому очаровательному, прекрасному юноше санньясу, мы тут же разгромим твой ашрам! Одумайся, пока не поздно!» Но Нимаи Пандит настаивал на санньясе. В конце концов Кешава Бхарати спросил у Него: «Так ты и есть тот самый Нимаи Пандит, про которого мы столько слышали? Много знаменитых ученых приходило, пытаясь покорить Навадвипу, прославленный центр науки, и ты их всех победил. Так ты тот самый Нимаи Пандит?» «Да», — ответил Нимаи. «Я дам тебе санньясу, — сказал Ему Кешава Бхарати, — но сначала спроси разрешение у своей матери, иначе я не могу». Нимаи стремительно побежал в Навадвипу, чтобы получить разрешение, но Кешава Бхарати подумал: «Сила и обаяние его личности настолько велики, что он сможет все». Нимаи позвали обратно. «Ты настолько незаурядный человек, что тебе будет под силу все, — обратился к Нему Кешава Бхарати. — Ты пойдешь туда, околдуешь своих опекунов, получишь разрешение и вернешься. Для тебя нет ничего невозможного». Толпа пришла в необычайную ярость. Люди кричали Кешаве Бхарати: «Свамиджи, мы не позволим тебе дать санньясу этому мальчику! Это возмутительно! Если ты это сделаешь, мы снесем твой ашрам!» Шри Чайтанья Махапрабху начал киртан. Он пел Харе Кришна и танцевал как безумный. А разгневанная толпа все росла, иногда производя беспорядки. Так прошел весь день, а решение все не было принято. Санкиртана продолжалась и ночью. На следующий день воля Нимаи возобладала, хотя кто-то еще противился Его решению. Понемногу туда пришли Нитьянанда Прабху, дядя Нимаи по матери Чандрашекхара, Мукунда Датта и Джагадананда Пандит, и после полудня начался обряд посвящения в санньясу. Нимаи Пандит начал петь и танцевать, завораживая публику, поэтому Чандрашекхару Ачарью попросили участвовать в церемонии от Его имени. лaкша лoчaнашру-вaрша-харша-кeша-кaртанaм кoти-кaнтха-кршнa-киртанадхйа-данда дхаранaм нйаси-вeша-сарвa-дeша-ха-хуташа картарам прeмa-дхамa-дeвaм эвa нaуми гаура-сундарам «Посреди потоков слез, льющихся из миллионов глаз, Он радовался, когда Ему сбривали Его прекрасные волосы. Когда Шри Чайтанья принимал монашеский посох, миллионы голосов воспевали славу Кришны. С тех пор, где бы Он ни появлялся, всякий, видевший Его в одежде санньяси, плакал от горя. Я пою славу этого прекрасного Золотого Господа, дарующего божественную любовь». Так 474 года назад Шри Чайтанья Махапрабху принял санньясу. Он был юн, красив и высок. Ему было всего двадцать четыре года, и Его украшали прекрасные вьющиеся волосы. Парикмахер, которого попросили Его побрить, приблизился было к Нему, но тут же отпрянул. Он не смел прикоснуться к телу Нимаи. Плача, парикмахер стал причитать: «Как могу я сбрить такие прекрасные волосы с такой прекрасной головы?» Многие другие тоже громко стенали: «Что за ужасное дело здесь творится! Кто вообще создал санньясу? Кто настолько жесток, что создал санньяса-ашрам, в котором человек должен отказаться от всего, что ему близко и дорого, оставить своих беспомощно плачущих друзей и ходить от двери к двери, прося милостыню? Что же это за установление Всевышнего? Правильно ли это? Удачное ли это изобретение? Оно в высшей степени жестоко!» А Нимаи Пандит улыбался. Парикмахер, после неоднократных приказаний, вынужден все же был обрить Нимаи голову. Сначала он не решался прикасаться к Его волосам, говоря: «Я не могу к Нему прикоснуться». Но в конце концов ему пришлось исполнить это служение — сбрить красивые, вьющиеся волосы, обрамлявшие прекрасное лицо двадцатичетырехлетнего гениального юноши. Делал свое дело парикмахер со слезами на глазах. Некоторые не выдерживали зрелища. Кто-то даже сошел с ума. Так, под плач и стенания грозящей толпы, прошел весь обряд. Нимаи Пандит совершенно не воспринимал окружающее. Когда Его обрили только наполовину, Он встал и начал петь киртан и танцевать в экстатической радости. После того, как обривание головы было закончено, парикмахер зарекся: «Я никогда больше не возьму в руки парикмахерские ножницы! Лучше буду нищенствовать. Сегодня я работал парикмахером последний раз». После этого парикмахер стал кондитером. В конце концов призывы Нимаи успокоили толпу, и ближе к полудню неизбежное свершилось — обряд посвящения в санньясу был исполнен. Проводить необходимые для такой церемонии ритуалы поручили Чандрашекхаре Ачарье — дяде Нимаи Пандита по матери. Когда должна была даваться мантра, Нимаи Пандит спросил Кешаву Бхарати: «Не такую-то ли мантру ты Мне дашь? Я слышал ее во сне». Он прошептал эту мантру в ухо Своему гуру, и тот ответил утвердительно: «Да, это и есть та мантра, которую я тебе дам». Затем он дал Нимаи эту мантру. Свое новое имя наш санньяси тоже получил не обычным образом. Через Кешаву Бхарати пришло в высшей степени необыкновенное имя — «Кришна Чайтанья». Нимаи Пандита не назвали ни одним из десяти имен, которые обычно дают санньяси — Он получил имя «Кришна Чайтанья». Как только толпа услышала это имя, она принялась кричать: «Шри Кришна Чайтанья Махапрабху ки джайа!» — «Слава, слава Шри Кришне Чайтанье!» Отец Шринивасы Ачарьи был школьным другом Нимаи Пандита. По пути к дому своего тестя он услышал, что пришел Нимаи Пандит, чтобы принять санньясу. Он бросился туда и, увидев все, лишился дара речи. Он был полностью опустошен и ушел оттуда на грани безумия. С тех пор ничего нельзя было услышать из его уст, кроме «Чайтанья». После того, как он услышал имя «Кришна Чайтанья», кто бы и что бы ему ни говорил, он повторял в ответ только: «Чайтанья!» Он обезумел. После этого его стали называть «Чайтаньей дасом». Его прежнее имя отпало, и каждый теперь называл его Чайтаньей дасом. Он не смог спокойно выдержать зрелища посвящения Нимаи Пандита в санньясу. Шри Чайтанья Махапрабху, одетый в новую, красную одежду, обнял Своего гуру, и оба они пустились в танец, воспевая Имя Кришны. Немного позже Кешава Бхарати Махарадж раскрыл значение имени «Кришна Чайтанья». Он сказал: «'Шри Кришна Чайтанья' означает, что Ты во всем мире пробудишь сознание Кришны. Ты нисшел, чтобы сделать сознающими Кришну всех людей. Поэтому более подходящего имени, чем «Шри Кришна Чайтанья» для Тебя не найти». На сердце у Махапрабху было очень радостно. Он думал: «Я собирался освободить столько душ от их нескончаемых горестей и печалей. Я обещал освободить из этого океана страданий весь мир и привести его обитателей в царство нектара, и теперь готов приступить к этому делу». Он был весел, а все вокруг Него утопали в океане скорби и отчаяния. Некоторые ученые подчеркивают, что Чайтанья Махапрабху принял санньясу у Кешавы Бхарати, который был майявади — имперсоналистом. Но хотя внешне Кешава Бхарати и выдавал себя за майявади, совершенно ясно, что соприкоснувшись с Махапрабху, он стал преданным. Кроме того, мы можем также считать, что он был преданным, который пришел под видом имперсоналиста, чтобы помочь проповеди Махапрабху, посодействовав Ему в том, что касалось формальной социальной стороны принятия санньясы. В то время по всей Индии санньяси-майявади пользовались большим почетом, чем санньяси-вайшнавы, поэтому выбор Кешавы Бхарати был предпочтительней. Махапрабху принял одеяние санньяси от него ради Собственной цели — чтобы облегчить Себе проповедь. Все это можно объяснить по-разному. В любом случае, после того, как Махапрабху принял санньясу, Кешава Бхарати стал петь и танцевать вместе с Ним. Он присоединился к санкиртане и сразу же был обращен. Так Нимаи Пандит принял санньясу. Что значит Его санньяса? Является ли она лишней, добавочной частью духовного восхождения, или же она необходима? Нужна ли она? Хотя внешне она и не нужна, в ней есть своя необходимость. В рамках теистической идеи, центром которой является Кришна, существует глубочайшая взаимосвязь между единением с Господом и разлукой с Ним. Без разлуки единение не может быть глубоким. Боль разлуки овладевает сердцем гораздо сильнее, чем радость единения. Страх потерять любимого увеличивает блаженство встречи с ним. Чем больше наша нужда, тем сильнее удовлетворение, когда мы получаем искомое. Это особенно справедливо по отношению к любовным делам. Если в чем-то не чувствуют настоятельной потребности, это теряет ценность. Этот принцип встречается везде. В стакане воды самом по себе нет ничего особенного, но по мере увеличения нужды в нем, его ценность будет возрастать. Поэтому важнее всего степень нужды. Нужда означает разделенность с тем, в чем нуждаешься. Когда нужду невозможно удовлетворить, это вызывает мучения. Это и есть разлука. Разлука играет важнейшую роль и в Навадвипа- и во Вриндавана-лиле. Сколько лет Кришна и гопи были вместе? Кришна жил во Вриндаване всего пять лет: с семи до двенадцати. Затем Он уехал в Матхуру. Конечно, в «Падма-пуране» говорится, что особые, необычные существа развиваются в полтора раза быстрее. Поэтому когда Кришне восемь лет, нужно считать, что Ему двенадцать. Когда же Ему двенадцать, нужно считать, что Ему восемнадцать. Так что с точки зрения развития Кришна жил во Вриндаване с двенадцати до восемнадцати лет, но формально — с семи до двенадцати. Он надолго обосновался в Двараке; в общей сложности, Он прожил на земле сто двадцать пять лет. После того, как Он в двенадцатилетнем возрасте покинул Вриндаван, гопи всю свою оставшуюся жизнь испытывали мучения разлуки. Их невероятно долгая разлука сделала их преданность такой высокой! Испытание разлукой показывает, истинна любовь, или нет. История не знала такой продолжительной разлуки, такого великого испытания, тем не менее, их любовь не ослабла. Напротив, их невероятно глубокая божественная любовь непрерывно возрастала. И в Навадвипе и во Вриндаване присутствует почти одна и та же подоплека. В Навадвипе, чтобы одержать победу над враждебно настроенными людьми, Махапрабху оставил жизнь домохозяина. Подобное же происходит во Вриндавана-лиле. Во Вриндавана-лиле противодействие в форме Агхи, Баки, Путаны, Тринаварты и других демонов, посылаемых царем Камсой, шло из Матхуры. Чтобы уничтожить враждебные силы, Кришне пришлось поехать в Матхуру. А когда Он туда приехал, то нашел, что враги были повсюду. К Кришне были враждебно настроены тесть Камсы Джарасандха, Калаявана, Шишупала, Дантавакра и многие другие. Поэтому Кришна обещал гопи, что вернется во Вриндаван, чтобы беззаботно играть с ними, после того, как покончит со Своими врагами. Кришне пришлось уехать, чтобы истребить враждебные силы. А на Курукшетре Он сказал гопи: «У Меня появились новые враги — вот покончу с ними, тогда и воссоединюсь с вами». Так Он обнадежил гопи на Курукшетре. Тут тоже, чтобы победить враждебные силы, Махапрабху пришлось покинуть Нaвaдвипу. Позже, когда Он, одержав верх над всеми индийскими учеными и религиозными деятелями различных рангов и убеждений, через пять лет возвратился в Нaвaдвипу, все там преобразились. Люди бросились к Нему как безумные. Трудно представить тот безудержный порыв, с которым массы людей устремились к Шри Чайтаньядeву — своему односельчанину. Они переплыли Гангу. Вся Ганга, насколько мог охватить взор, кишела людскими головами. Они неслись к Нему со всех сторон, так, что своими ногами расчистили джунгли. Шри Чайтанья Махапрабху на несколько дней остановился в расположенном неподалеку Видьянагаре, а затем, воспевая Святое Имя Кришны, пошел в направлении Вриндавана. За Ним бежали тысячи преданных. Они вскапывали землю, чтобы принять пыль с Его святых ног, и в результате образовывались огромные ямы. Примерно восемнадцать лет Шри Чайтанья Махапрабху, в то время известный как Нимаи Пандит, вел жизнь ученого. После этого Он около шести лет путешествовал по всей Индии, включая Вриндаван. Последние восемнадцать лет Своей жизни Он постоянно пребывал в Джаганнатха Пури. В течение первых шести лет Своей санньясы Он широко общался с людьми. В последние двенадцать лет Своих проявленных лил Он почти полностью удалился от общества и глубоко погрузился в переживание единения в разлуке Радхи и Говинды. И Он явил множество необыкновенных признаков божественного экстаза, которые до Него никто не встречал, и даже ничего о них не слышал. Так поразительно воздействовала разлука на Его тело и сознание. Сущность Шри Гауранга-aвaтары двояка. Внешней целью Его явления было распространить Святое Имя Кришны и тем самым освободить широкие массы людей от греха и даровать им высшее совершенство жизни — привести их во Вриндаван, дать доступ к Враджа-лиле. Фактически, это и входило в задачу юга-аватары, воплощения Бога для нашей эпохи. Господь приходит, чтобы распространить божественный звук и показать, как посредством него достичь высшей сферы. Тем не менее, была у Него и еще одна цель. Один раз в день Брахмы — в особую Кали-югу — Сам Кришна приходит в умонастроении Радхарани, чтобы искать Себя. Он хочет узнать душевное состояние Радхарани, понять природу Ее внутренней жажды Кришны: как Она, благодаря Своему расположению духа, вкушает сладость Кришны, и какую радость Она испытывает. Кришна хотел получить какое-то представление о том, почему Радхарани так страстно Его любит. Он думал: «Что есть во Мне такого, что заставляет Ее столь безумно Меня любить? Какое упоение Она во Мне находит? Я не могу этого узнать». Он захотел раствориться в умонастроении Шри Радхики и посредством этого попытаться познать Самого Себя. Так Он пришел в образе Шри Чайтаньи. Когда Он задумал воплотиться таким образом, то объявил об этом Шримати Радхарани. Мы слышали, что Радхарани, со Своей стороны, сказала: «Иногда Ты будешь, как безумный, кататься по земле, выкрикивая Мое Имя, но Мне этого не вынести. Поэтому Я покрою Твое тело Своим золотистым сиянием. Я не позволю Тебе кататься по земле. Я укрою Тебя Своими объятиями». Поэтому те, кто знают онтологический аспект Чайтаньядева, говорят: «Почтительно склоняюсь пред Шри Чайтаньей Махапрабху, Чьи умонастроение и цвет кожи — как у Радхарани, и Кто по Своему естеству — Кришна, который ищет Самого Себя, Самого Себя постигает и пытается понять, почему Радхарани так страстно любит Его и что за сладость Она в Нем находит (радха-бхавa дйути сувaлитам нaуми кршнa-свaрупам). Шри Чайтанья Махапрабху оставался в этом мире сорок восемь лет. В последние двенадцать лет Своей жизни Он всецело погрузился во вкушение Собственной сладости. Точно так же, как кто-то может помешаться на сладком, Кришна, олицетворенная сладость, обезумел от Самого Себя. Самоанализ означает самопознание. Сознание можно познать сознанием. И точно так же, как можно чувствовать свое тело, а сознание способно ощущать себя, упоение может познавать упоение. Так утверждает Свaрупа Дамoдара Прабху — личный секретарь Шри Чайтаньи Махапрабху. Сварупу Дамодару признают воплощением Лалиты-сакхи — ближайшей подруги Шримaти Радхарани в Играх Кришны, и он сказал, что Чайтаньядeв это: радха-кршнa-пранaйа-викртир хладини-шактир aсмад экатманав aпи бхуви пура дeха-бхeдам гатау тау чaитанйакхйам пракaтам aдхуна тад-двaйам чaикйам аптам радха-бхавa-дйути-сувaлитам нaуми кршнa-свaрупам «Я поклоняюсь Шри Чайтанье Махапрабху — Самому Кришне, украшенному чувствами и сиянием Шримaти Радхарани. Как властвующая и подвластная половины, Радха и Кришна суть одно, и все же существуют в двух различных Образах. Теперь Они вновь соединились как Шри Чайтанья. Причина этого непостижимого преображения Господней внутренней силы блаженства — любовные Игры Радхи и Кришны. В этом стихе Свaрупа Дамoдара говорит, что Игры Радхи-Кришны и Игры Шри Чайтаньи Махапрабху сходны друг с другом и вечны. Трудно сказать, что чему предшествует: зима лету, или лето зиме. Подобным же образом, вечные Игры Господа двигаются по кругу. Поэтому Свaрупа Дамoдара говорит: «Трудно сказать, идет ли первой Чайтанья-aвaтара, а Кришнa-aвaтара — за Ней, или же первой идет Кришна-aвaтара, а Чайтанья-aвaтара потом — обе Они вечны». A кто же такая Шри Радха? Она — законченное проявление сладости, берущей начало в Самом Кришне. Эта сладость, в своей законченной форме являющая себя как Радха, исходит от Кришны; Шримaти Радхарани есть особая сила, исходящая от Самого Кришны: хладини-шакти. Поэтому Радху и Кришну нельзя воспринимать отдельно Друг от Друга — Они суть одно. Тем не менее, нам говорят, что в незапамятные времена Они разделились надвое. Затем Они вновь соединились в Шри Чайтанье Махапрабху, Который обладает сиянием тела и умонастроением Шримaти Радхарани, но по Своей внутренней природе есть Шри Кришна. Невозможно разделить огонь и его жар, солнце и солнечный свет, — они едины. Абсолютная Истина — единая абсолютная сущность (aдвaйа-гьянa), но иногда Радха и Говинда являют Себя раздельно, а затем снова соединяются. Когда Они вместе, Они наслаждаются общением Друг с Другом, а иногда, когда единение невозможно, Они испытывают мучения разлуки. Такова Их божественная природа. Шри Рупа Гoсвaми объясняет это так: aхeр ивa гатих прeмнaх свaбхавa-кутила бхавeт aтo хeтoр ахeтoш чa йунoр манa уданчaти Он говорит, что любовь по природе своей выбирает непрямые, извилистые пути, напоминающие зигзагообразные движения змеи. В любви не найти прямизны. Поэтому любящие ссорятся иногда по какому-то поводу, а иногда без всякого повода. Они ссорятся, а потом разлучаются. Для трансцендентных Игр Радхи и Кришны разлука необходима. Существует четыре вида разлуки: пурва-рага, мaнa, правaса и прeмa-вaйчиттья. Пурвa-рага означает то, что испытывают до встречи. Она бывает, когда Радха и Гoвинда еще не встретились, но получили слабое напоминание Друг о Друге в виде звука Имени Возлюбленного (Возлюбленной), изображения или чего-нибудь в этом роде. Когда Радха слышит Имя Кришны или звук флейты, это не настоящая встреча, но все же Она как-то соприкасается с Говиндой. Пурва-рагу могут вызвать песнь флейты Кришны, изображение Кришны, или Его Имя. А Кришна может испытать нечто подобное, услышав Имя Шримaти Радхарани. Таким образом, в пурва-раге есть боль разлуки, но отсутствует настоящая встреча. Имя настолько сладостно, что услышав его, ни Он, ни Она не способны сдержать Своих чувств. Когда Святое Имя Кришны касается слуха Шримати Радхарани, Она приходит в смятение, думая: «Разве Имя — не самое сладостное, что только есть в этом мире?» Таков Ее отклик, и, кроме того, Она ощущает боль. Она чувствует: «Я не могу с Ним встретиться». Ее сердце терзает острая боль разлуки. Такова пурва-рага: страдания разлуки, которые испытывают до встречи. Мaнa — другой вид разлуки. Мана означает игривые ссоры между Ними во время свидания. Такова сама природа любви. Поэтому Шрила Рупа Гoсвaми говорит, что любовь избирает непрямую дорогу, подобную движениям змеи. В этом нет ничего порочного — такова природа пути любви. Иногда, по какой-нибудь пустяковой причине, или вовсе без причины возникает чувство: «Он презирает Меня; Он старается Меня избегать». А потому Шримaти Радхарани думает: «Я не хочу с Ним общаться». Хотя Любящие всецело открыты Друг Другу, на какое-то время подспудно появляются враждебные чувства, возникает конфликт, и Они стремятся не общаться Друг с Другом. В према-вайчиттье ревность возрастает до такой степени, что хотя Они уже вместе, к Ним приходит ощущение, будто Они далеко Друг от Друга. Подобные виды разлуки есть только в мадхурья-расе. Према-вайчиттья — это такое состояние, когда Кришна и Радхарани совсем рядом, но Она так ревнует, что когда видит Собственную тень, касающуюся тела Кришны, Ей кажется, что это другая женщина. Поэтому Ее охватывает нестерпимая боль разлуки, и Она думает: «Что это? Здесь другая женщина!» Ее ум восстает. Но Ее подруга Лалита возвращает Ее к реальности: «Что Ты говоришь? Это же просто Твоя Собственная тень! Как же Ты не видишь!?» Тогда Радхарани приходит в Себя. Она Сама замечает: «Ой, это же Моя Собственная тень!», и чувство разлуки и ревности тотчас же проходит. Это пример према-вайчиттьи. Это чрезвычайно высокие трансцендентные темы, которые нельзя обсуждать подробно. Тем не менее, такова природа божественной любви в единении и разлуке. Единение и разлука взаимозависимы, поскольку не могут существовать друг без друга, и разлука вызывается сознательно, дабы увеличить счастье единения. Еще один вид разлуки называется правaса. Праваса бывает двух видов. Первый — это короткая разлука. Второй — долгая разлука, когда кто-то покидает родину и отправляется в далекие края, как было с Кришной, когда Он уехал в Матхуру, чтобы победить Камсу и других демонов. Итак, любящие могут испытывать четыре вида страданий разлуки. Конечно, все эти духовные предметы необычайно возвышенны, и нам нельзя относиться к ним легкомысленно, ибо если мы будем применять к высшему миру свои материальные представления, нас ждет духовная гибель. Наш мирской опыт будет толкать нас к падению, поэтому нам надо вести себя крайне осторожно. Того, что мы воспринимаем сейчас, нет в мире Игр Кришны — это несоизмеримо более высокий, чем царство нашего опыта, уровень бытия. Наше восприятие загрязнено. Мы не способны видеть Кришна-лилу в ее подлинной чистоте. Все это нужно помнить, и подходить к указанным предметам с крайней осторожностью. Разлука между Радхой и Говиндой — более безопасная тема для чтения и обсуждения, чем Их единение. Разумеется, нужно сознавать, что боль разлуки, которую испытывают Радха и Гoвинда, не имеет ничего общего с тем, к чему мы привыкли в этом мире. Помня об этом, мы можем, не заходя слишком далеко, говорить о разлуке. Но чрезвычайно опасно обсуждать, как Радха, Говинда и их близкие Спутники вместе, и наслаждаются своим общением, а также размышлять об этом, потому что если мы привнесем в рассмотрение Игр Радхи и Кришны какие бы то ни было мирские понятия, то совершим страшную апарадху. Поэтому сосредотачиваться на единении Радхи и Говинды опаснее, чем развивать чувство разлуки, пример которого явил нам Махапрабху. В разлуке с Кришной Шри Чайтанья Махапрабху думал: «Без Кришны сама жизнь для Меня невыносима! Без Его милости, без общения с Ним Я не могу поддерживать Свое никчемное существование». Такое умонастроение поможет нам, но мы не должны его имитировать. Скорее, нам надо почтительно признавать его своим наивысшим идеалом. Это поможет нам избавиться от грязных, бесполезных наклонностей (анартх). Если на глаза навертываются слезы, мы не должны думать, что достигли высочайшей ступени — подобных мыслей надо избегать. Сам Шри Чайтанья Махапрабху говорит: «У Меня нет ни капли божественной любви, ибо иначе как бы Я мог жить в этом мире?» И чтобы в это высшее состояние разлуки, великой силой любви, погрузились бы навадвипцы, Шри Чайтанья Махапрабху принял санньясу. Его престарелая мать Шачи-деви рыдала в отчаянии. Его юная жена Вишнуприя-деви тихо проводила Свои скорбные дни. Махапрабху принял санньясу, чтобы потрясти людей, раскрыть их сердца для божественной любви, которую Он пришел дать. «Кто же такой Нимаи Пандит? Что за великое благо Он нам принес?» — думали они. Его великое отречение расположило их к Нему. Именно ради всего этого Господь и принял санньясу. После того, как обряд посвящения в санньясу подошел к концу, Шри Чайтанья Махапрабху обезумел. «Побегу во Вриндаван! — думал Он. — Я порвал все связи с этим миром. Ничто в нем Меня не привлекает. Побегу во Вриндаван, чтобы полностью погрузиться в служение Кришне!» Впав в забытье, Он стал читать нараспев стих «Шримад-Бхагаватам», где Кришна описывает Уддхаве санньясу. Этот стих говорит триданди-бхикшу, нищий. Махапрабху повторял этот стих, думая: «Я облачился в одежды санньяси, потому что это благоприятно для Моей духовной жизни. Теперь окружающие оставят Меня в покое, и Я смогу целиком посвятить Себя служению Кришне. Пойду во Вриндаван, и не буду отвлекаться ни на что посторонее». С такими мыслями Он, пребывая в безумии божественного экстаза, стал петь и танцевать. Кeшавa Бхарати Махарадж обнял Ученика и присоединился к Его экстатическому киртану. Тогда-то Махапрабху и процитировал слова брахмана, который, в конце жизни, принял триданди-санньясу и вынужден был претерпеть всевозможные издевательства со стороны окружающих: этам са астхайа паратмa-ништхам aдхйаситам пурвaтамaир мaхаршибхих aхам таришйами дуранта-парам тамo мукундангхри-нишeвaйаивa «Путь санньясы приняли и показали на своем примере великие мудрецы прошлого. Теперь и я принял такой образ жизни. Я оставлю все и побегу во Вриндаван. Там, воспевая Имя Мукунды, Кришны, я преодолею океан неведения. Победив майю, я достигну Вриндавана и полностью отдамся служению Кришне». Одежда санньяси предназначена только для того, чтобы упорядочить внешнюю сторону отреченного образа жизни, суть же его — служение Мукунде. Так, произнеся этот стих, Махапрабху неожиданно отправился из Катвы во Вриндаван. Неподалеку от берега Ганги Он углубился в джунгли. . «Теперь Мой долг — как можно скорее достичь Вриндавана, — думал Он, — а там Я поселюсь в уединенном месте и буду то тихо, то громко воспевать Святое Имя Кришны». Шри Чайтанья Махапрабху побежал в сторону Вриндавана, и под вечер вступил в джунгли. Нитьянанда Прабху, Чандрашекхара Ачарья, Мукунда Датта и Джагадананда бежали через джунгли за Ним. Иногда Махапрабху неожиданно падал и начинал громко стенать: «Кришна! Кришна!» Потом Он внезапно поднимался и снова бежал, не разбирая дороги. Иногда Он мчался так быстро, что преданные не могли за Ним уследить. Особенно часто это бывало ночью, когда в темноте они теряли Его из виду. Тогда все они приходили в замешательство и падали духом: «Шри Чайтанья Махапрабху, наш Господь и учитель, нас оставил!» Но вдруг издалека они слышали Его жалобные причитания: «Кришна! Кришна! Кришна!» Тогда они бежали в сторону, откуда раздавался плач, и находили Его лежащим на земле. Жалобным, душераздирающим голосом Он стенал: кахан мoра пранa-натха мурали-вaданa кахан кaрoн кахан пан враджeндра-нaнданa «Где Мой любимый Кришна? Я не могу терпеть разлуки с Ним. Где Владыка Моей жизни, Прекрасный Флейтист? Что Мне теперь делать? Где Мне искать сына махараджи Нанды?» В смятенном состоянии духа, Он не разбирал пути. Когда преданные догоняли Его, Он говорил им: «Кто вы? Я иду во Вриндаван. Зачем вы Мне мешаете?» Преданные успокаивали Его, и они снова шли на запад, в сторону Вриндавана. Шри Чайтанья Махапрабху продолжал брести в забытьи. Но преданные, в силу своей великой привязанности к Махапрабху, не позволили Ему пойти на запад. Воспользовавшись бессознательным состоянием Махапрабху, Нитьянaнда Прабху, с помощью ласковых уговоров, как-то развернул Его лицом к Шантипуру. В «Чайтанья-Бхагавaте» говорится, что они шли из Катвы на запад, пока не достигли окрестностей Вакрешвара, что примерно в шести милях севернее Дубрараджпура, в округе Бирбхум. В Вишраматале, на другом берегу реки Адджаи, сохранилось место, где, как считают, отдыхал Шри Чайтанья. Именно там, по преданию, Шри Чайтанья Махапрабху обратил лицо с запада на восток, от Вриндавана к Шантипуру. Они шли весь оставшийся вечер, а потом весь следующий день и ночь. Наконец, вечером третьего дня, Махапрабху вернулся в Шантипур через Калну. Случилось это благодаря хитрости Нитьянaнды Прабху, который предстал перед Махапрабху в красной одежде отреченного. Как ни были Шри Чайтанья Махапрабху и Нитьянанда Прабху близки, Первый Второго не узнал. Увидев перед Собой санньяси, Он подумал: «Я иду во Вриндаван, а впереди Меня идет какой-то санньяси». «О шрипад санньяси, куда путь держишь?» — спросил Он. — Я иду с Тобой во Вриндаван. — А далеко ли отсюда до Вриндавана? Нитьянанда Прабху показал Ему Гангу около Калны и сказал: «Вот же, посмотри, — это Ямуна». — О, да мы так близко подошли к Ямуне! — воскликнул Махапрабху. Затем Он совершил омовение, пропев такой стих: чид-анaнда-бханoх сада нaнда-сунoх пара-прeмa-патри дравa-брахмa-гатри aгханам лaвитри джaгат-кшeмa-дхатри павитри-крийан нo вaпур митра-путри «O дочь солнца, хотя ты явилась в форме воды, ты в высшей степени дорога Сыну Нанды — духовному солнцу. Ты избавляешь от грехов всех грешников. Очисти, пожалуйста, мое бренное тело» (Кави Карнапура, Чайтанья-чандродая-натака, 5.13). Прямо перед тем, как Шри Чайтанья Махапрабху пришел на берег Ганги, Нитьянaнда Прабху отправил Чaндрашeкхару за Aдвaйта Aчaрей. Увидев Адвайту Ачарью, Махапрабху спросил его: «Aдвaйта, это Ты? Как Ты узнал, что Я во Вриндаване?» «Ты, должно быть, шутишь, — ответил Адвайта Ачарья. — Где Ты, там и Вриндаван. И Мне несказанно повезло, что Ты пришел сюда, к Ганге». — Ах, так это Ганга? — Да. Тогда Махапрабху, окончательно вернувшись в обычное состояние, сказал: «Ну, тогда это заговор Нитьянанды Прабху. Он привел Меня на берег Ганги и сказал, что это Ямуна. Это все розыгрыш! Я попался на Его хитрость!» — Нет, нет, — возразил Адвайта Ачарья, — Нитьянaнда Прабху сказал чистую правду. Ты и в самом деле принял омовение в Ямуне. В Аллахабаде Ямуна и Ганга сливаются, и в шастрах говорится, что дальше западная сторона — это Ямуна, а восточная — Ганга. Ты совершил омовение на западной стороне, поэтому, согласно Писаниям, Ты омылся в Ямуне. Так что в словах Нитьянанды Прабху не было никакой лжи. Я, кстати, принес Тебе новую одежду. Возьми ее, а то Твоя теперешняя одежда совсем мокрая. Я и кое-какое угощение для Тебя приготовил. Ты три дня постился, а сегодня, как санньяси, прими милостыню в моем доме». «Я бедняк, — добавил Адвайта, сложив ладони, — но Тебе непременно нужно у Меня побывать», Преданные посадили Махапрабху в лодку и отвезли в Шантипур, в дом Адвайты Ачарьи. На следующее утро пришла Шачи-деви, и Махапрабху дней десять-двенадцать провел в Шантипуре, проводя киртаны. Что такое настоящий Вриндавaн? Это ступень сознания. Каждому уровню сознания соответствует своя субъективная реальность. Причина всему — воля Бога. Он — субъект, и Его сила и свободная воля полностью самодостаточны. Господь сказал: «Да будет свет» — и появился свет. Он сказал: «Да будет вода» — и появилась вода. Он сказал: «Да будет земля» — и появилась земля. Если более высокий субъект, подобно гипнотизеру, захочет заставить более низкий субъект что-либо увидеть, последний обязательно увидит это. Мы все живем в субъективном, воображаемом мире, но выше сферы воображения есть сверхсубъективный уровень реальности. Кришна открывается тому, кто развил чистое сознание. На ступени чистого сознания можно понять истинную природу субъективной реальности (саттвaм вишуддхам васудeвa шабдитам). Чтобы показать нам, что Вриндавaн везде, Махапрабху, исполненный божественного экстаза, странствовал тут и там. Когда Он встретился с Aдвaйтой Прабху, Тот сказал Ему: «Когда Ты говоришь, что идешь во Вриндаван, Ты, должно быть, шутишь. Где Ты, там и Вриндаван. Мы знаем это на опыте. Когда Ты говоришь: «Я иду во Вриндаван», то за этим кроется кое-что очень необычное. Ты говоришь так, только чтобы мы поняли, насколько велик Вриндаван». Вриндавaн, наивысший уровень Божественного, — это ступень сознания. Выше Вайкунтхи, сферы благоговейного трепета и почтения, находится Вриндаван — земля непринужденности и божественной любви. Уникальная черта обитателей этого высшего из миров сознания заключается в том, что они не чувствуют, что находятся в царстве Бога. Это апракрита — сверхмирской уровень. Знание можно подразделить на пять категорий. Низшее знание — это то, которое мы приобретаем посредством чувств. Оно называется пратьякша. Это первая ступень. Следующая, более высокая ступень знания — это знание, которое мы получили не с помощью собственного чувственного опыта, а путем обобщения опыта других (парокша). Например, ученые обладают каким-то опытом, и мы получаем знание из их находок и открытий. Третья ступень — это знание, превосходящее человеческий опыт (апарокша). Ему соответствует состояние, напоминающее глубокий сон. Проснувшись, мы говорим: «Я хорошо выспался — сон был очень крепкий». Но когда мы погружены в глубокий сон без сновидений, то не сознаем этого состояния. Пробуждаясь от такого сна, мы как-то описываем этот опыт, но все это очень смутно. Такова апарокша — смутный, неясный опыт, когда субъект и материальный объект соединяются, и материальный объект исчезает в субъекте. Именно до этой точки объясняет постепенное развитие сознания великий пропагандист имперсонализма Шанкарачарья. С другой стороны, великий преданный-ученый Рамaнуджaчaрья, равно как и другие вайшнавские ачарьи, полагают, что выше этого существует еще одна, четвертая ступень. Этот уровень называется адхокшаджа, трансцендентный, или тот, который недосягаем для чувств, будь то грубых или тонких. Мы можем получить опыт этого мира только если он по собственной свободной воле низойдет на наш грубый уровень осознания. Если он устранится, то нам не на что надеяться, — нам его не найти. Нельзя заявить, что Абсолютная Истина находится под контролем нашего знания. Подобные оценки были бы вздорны. Она независима. Она может низойти по собственной свободной воле, и тогда мы получим опыт высшего царства, но стоит ей самоотстраниться, и мы теряем все — мы ничего уже не можем сделать. Мы можем плакать и молиться, но нам не войти туда силой, опираясь на собственные возможности. Таков четвертый уровень сознания, и он велик, всемогущ и всевдохновляющ. Мы можем получить опыт этого мира, известного как Вайкунтха — безграничная духовная область благоговейного трепета и мощи, только если он сам нам откроется. Таков уровень адхокшаджа. Итак, существует пратьякша — непосредственное чувственное восприятие, затем парокша — познание через опыт других, затем апарокша — отрицательный уровень смутного сознания, и, наконец, четвертая ступень — адхокшаджа. Мы находимся как бы под землей. Истинное знание выше, на поверхности, вне нашего опыта. Если мы пробъемся сквозь толщу многочисленных завес, скрывающих от нас Реальность, то соприкоснемся с иным уровнем сознания — это и есть адхокшаджа. Aхокшаджaм индрийам джнанaм: aдхокшаджa означает высшее знание, способное силой ворваться в мир нашего чувственного опыта. Это трансцендентное, сверхразумное знание есть четвертая ступень знания. Этот уровень во всех отношениях отличен от нашего. Он никоим образом не похож на этот мир. Но благодаря «Шримад-Бхагаватам» и Шри Чайтанье Махапрабху мы узнаем, что существует и пятый уровень, который очень напоминает материальный мир, и в то же время не материален. Он называется апракрита * . Это Голока. Такой всесовершенной теистической концепции соответствует только царство Кришны. Главное проявление Абсолюта должно иметь связь даже с низшим уровнем материального творения — оно должно быть способно гармонизировать худшую часть иллюзорного мира. Оно известно как апракрита — надмирное. Вступить в это наивысшее царство можно только через божественную любовь. Только любовь может возвысить все. Пословица гласит, что любящая мать считает, что у ее ребенка прекрасные лотосоподобные глаза, даже если он слеп. Из-за нежности к ребенку она сама как бы слепнет. Поэтому только любовь может возвеличить все низкое и неприглядное. В лучах любви это становится прекрасным. Такова према, божественная любовь. Доброта и милосердие могут побудить царя играть с детьми на улице. Любовь делает это возможным. На такой ступени исчезает различие между высоким и низким. Обитатели Вриндавана не думают о себе ничего особенного. Таково гьяна-шунья-бхакти — божественная любовь, которая свободна от всякого расчета и не принимает во внимание даже величие и могущество Господа. Такая преданность превосходит даже уровень Вайкунтхи, и обладающие ею находятся под действием йога-майи — духовной зачаровывающей силы. Именно благодаря особому искусству йога-майи те, кто занимают наивысшее положение, считают себя очень незначительными. Любовь устраняет различия между великим и малым, высоким и низким. Вриндаван как раз и является таким уровнем бытия. Там мы находим преданность, свободную от малейшего следа расчета (гьяна-шунья-бхакти). Обитатели Вриндавана могут вообще не догадываться о собственном высоком положении. Aдвaйта Прабху говорит Шри Чайтанье Махапрабху: «Где Ты, там и Вриндаван». Нaрoттамa дас Тхакур утверждает, что где бы мы не встретили истинного преданного Кришны, там Вриндаван (йата вaишнавa-ганa сеи стханa врндавaнa — Прeмa-бхакти-чaндрикa). Может показаться, что они живут в сфере обыденного, но все их разговоры и дела так или иначе связаны с Вриндаваном. Тем не менее, хотя они и пребывают во Вриндаване, они не чувствуют, что находятся там. Они не сознают собственного высокого положения. Когда царь не слишком осознает свою власть, то думает о себе как об обычном человеке. Тут мы находим нечто подобное. Великого врача любовь к больному может заставить выполнять работу простого медбрата! Из любви и нежности к больному он может взяться за такой малопрестижный труд, и, тем не менее, он велик. Таким же чудесным свойством обладает жизнь во Вриндаване. Она велика без духа и внешних атрибутов величия. Хотя обитатели Вриндавана по-настоящему велики, они кажутся совсем простыми. Могущество, предстающее как нежность, любовь и скромность — вот что такое Вриндаван. И такова же Навадвипа. «Шримад-Бхагаватам» и Шри Чайтанья Махапрабху говорят, что Вриндаван — это самое лучшее, самое прекрасное место, где только можно жить. Там Всевышний Господь Кришна и гопи живут в лесу. Мы не найдем там величия или больших зданий, но если мы по-настоящему разбираемся в том, что такое величие, то увидим его во Вриндаване. Если судить беспристрастно, то положение Их очень высоко, но из-за Их скромности кажется, что Они опустились на нашу ступень. Жизнь, которую мы находим во Вриндаване, необычайно сладостна и прекрасна. И Махапрабху пришел, чтобы, с помощью «Шримад-Бхагаватам», показать это нам. Кришна — Господь той земли, и коровы, холмы, леса и река Ямуна создают там благостную атмосферу. Махапрабху принял санньясу, чтобы научить нас всему этому, взять нас под Свое покровительство и навеки поселить в той стране. Он говорит, что на самом деле наше истинное «я» живет на том уровне, но, к несчастью, наше сознание обратилось вовне. Теперь мы находимся в плену у материального аспекта творения и думаем, что страдаем. Но все это иллюзия. Нам нужно избавиться от этой мании. Мания означает безумие, и сейчас мы одержимы определенного рода безумием. Мы сосредоточились на этом мире в точности как сумасшедший, который покинул свой дом и бродит по улицам в поисках обрывков бумаги и тряпья. Но когда наше безумие пройдет, мы пробудимся в собственном доме. Надо вернуться обратно к Богу — домой. Шри Чайтанья Махапрабху говорит: «Твой дом — в прекрасной стране. Ты должен поставить себе целью ее достичь. Почему ты все время страдаешь от войн, эпидемий, землетрясений, болезней, воровства, разбоя и борьбы с окружающими? Причина всего этого в том, что ты отождествляешь себя с материальным миром, а также с телом из плоти и крови. Вспомни же забытую дорогу домой, и возвращайся». Вот что необходимо. Наша родина так прекрасна! Шри Чайтанья Махапрабху принял санньясу исключительно ради нас, чтобы вернуть нас домой, где мы будем окружены домашним уютом и лаской. Если мы хоть немного ценим домашний уют, то не можем не отдать должного такой перспективе, — ведь там нас ждет дом, наш нежный дом. Приняв санньясу, Шри Чайтанья Махапрабху внешне очень немилосердно поступил по отношению к Своим преданным и к Своей семье, но Его решение преследовало только одну цель — забрать нас домой. Чтобы сделать радость встречи подлинной, Шри Чайтанье Махапрабху было необходимо показать Своим преданным и родственникам, что такое разлука. Разлука и единение содействуют друг другу. Санньяса Махапрабху, Его отречение — это великая трагедия разлуки. * Слово апракрита, употребленное здесь, в оригинале пишется апракрта (долгая 'а' в начале), и его следует отличать от апракрта (с короткой 'а') — «нематериальный». Долгое а в начале слова указывает на наличие какого-либо признака, его избыточность и т.п. Таким образом апракрта значит примерно «подобный материальному, совсем как материальный» и т.п. (прим. перев.). Подробнее: Саньяса лила Чайтаньи Махапрабху.pdf
  4. 7 downloads

    Texts by Chaitanya Mahaprabhu: books. Language: English, Russian, Kannada, Sanskrit, Malayalam, Tamil, Telugu, Bengali, Italian, Chinese, Hindi, German. Format: pdf. Content: Тексты Чайтанья Махапрабху: книги. Язык: русский, английский, каннада, санскрит, малаялам, тамильский, телугу, бенгали, итальянский, китайский, хинди, немецкий. Формат: pdf. Содержание:
    Free
  5. встреча Махапрабху и Сарвабхаумы Бхаттачарьи; Шри Чайтанья - Верховный Господь, который приходит в Кали-югу; беседа Махапрабху и Сарвабхаумы Бхаттачарьи.
  6. Содержание: о дереве, которое Махапрабху вырастил из зубочистки Джаганнатха; история, как нама-ачарья Харидас Тхакур отказался принимать маха-прасад, который принес Махапрабху, поскольку еще не вычитал свои круги; только благодаря садху-санге можно совладать со своим умом; нужно рано ложиться и просыпаться, после омовения совершать ачаман и ставить тилаки, делать мангала-арати и туласи-парикраму, перед первым принятием прасада повторять определенное количество кругов; как всегда быть во Вриндаване; о том, как Харидас Тхакур оставил этот мир; о двух шлоках, которые Рупа Госвами написал и рассказал Махапрабху; здесь Махапрабху нашел спрятанный лист со шлокой, которую Рупа Госвами написал, поняв настроение Господа (чувства Радхарани на Курукшетре). Слушать (русский перевод):
  7. Vrindavan, 2014.11.07 (VT): The fifth centenary year celebration of Chaitanya Mahaprabhu’s first time arrival in Vrindavan formally begun in the Swami Vivekananda Auditorium in the Ram Krishna Mission Sevashrama. Saints, mahants, and intellectuals presented their views on Chaitanya Mahaprabhus coming to Vrindavan. The youths performed the Harinam Sankirtan during the event. Prem Das Shastri, the working president of the 5th Centenary Celebration Committee, said in his welcome address that Chaitanya Mahaprabhu rediscovered Shri Dham Vrindavan five hundred years ago. Shastri said, “It was his mercy that we all are here today. We have decided to build a huge gate in the entrance of Vrindavan in Akrur.” “This is the 499th year of Mahaprabhu’s arrival in Vrindavan. We enter in the 500th year of his arrival from today. Nagar Sankirtan, Preaching on Chaitanya’s life and works, Nam Sankirtan, padavali kirtans, procession etc. will be organized throughout the year, which will end in next Kartik Purnima,” informed Shashtri. Pradeep Mathur, the representative for Mathura in the Uttar Pradesh legislative assembly, announced a contribution of five lakh rupees for the construction of the gate from his discretionary fund. Rajendra Das ji Maharaj said that Chaitanya Mahaprabhu didn’t belong to Gaudiyas only, but his life is an example for the devotees of all the sampradayas. Sadhvi Ritambhara said that Mahaprabhu was the source of bhakti in his contemporary time. Vineet Narain, President of the Braj Foundation declared that his NGO will spend Rupees ten crores to build a ghat on Yamuna in front of Imli Tala in the name of Chaitanya Mahaprabhu. Madhu Pandit Das, Chairman of the Akshay Patra Foundation said that without Mahaprabhu’s mercy we wouldn’t know about Vrindavan Dham. Swami B.A. Paramadvaiti from the Vrinda Mission said that the best way to pay our respect to Mahaprabhu is to preserve the Dham which his followers six Goswami’s left for us. Vrindavan Municipal Chairman Mukesh Gautam, Baba Chaitanya Charan Das, Mahant Sutikshan Maharaj, Baba Haribol Das, Fuldol Bihari Das, Nirmal Chandra Goswami, Smt. Krishna Goswami, Tamal Krishna Das, Mahant Sacchidananda Das, Jagannathananda Das, Bihari Lal Bashishtha addressed the event. Girraj Nangia, Vinod Banerjee, Madhumangal Shukla, Mridul Kant Shashtri, Jagannath Poddar, Bal Krishna Gautam, Ramesh Chandra Vidhi Shashtri etc. were present in this occasion.
  8. Vrindavan, 2014.10.21 (VT): A huge concrete gate will be built in memory of Shri Chaitanya Mahaprabhu on the occasion of the 500th years of Shri Krishna Chaitanya Mahaprabhu’s arrival in Vrindavan. This Chaitanya Dwar will be built on the Mathura-Vrindavan Road near Akrur village, which is where Mahaprabhu first came. The procedures to get the permission from the government departments are being followed. It was declared in a conference of the Chaitanya Mahaprabhu Panchashati Samaroh Samiti organized at the Gambhira in Jai Singh Ghera. Many devotees, Acharyas and saints were present during the meeting. Inaugurating the conference by worshiping the image of Chaitanya Mahaprabhu and Vrinda Devi, Acharya Shrivatsa Goswami said that an international conference should be organized on the life and works of Chaitanya Mahaprabhu. It will create more awareness of the glories of Shri Chaitanya Mahaprabhu and the importance of the sankirtan movement in this age of Kali. He suggested that exhibitions, lectures, drama, cinema and mass prasadam distribution should be organized in memory of Mahaprabhu’s arrival in Vrindavan. IPS VK Gupta informed that a grand celebration will be organized on November 6th, Raas Purnima, on the day of Mahaprabhu’s arrival in Vrindavan. Dr. Vinod Banerjee, convener of the committee, presented a plan to celebrate the 500th centenary. Swami B.A. Paramadvaiti suggested organizing a Nagar Sankirtan and procession to mark the 500th arrival day celebration. Prem Das Shashtri stressed establishing a Chaitanya Museum and Chaitanya Research Institute in Vrindavan. Dr. Girraj Nangia of the Harinam Press was given the responsibility of publishing a souvenir on the fifth centenary of Mahaprabhu’s Vrindavan arrival. Tamal Krishna Das from the Imli Tala ashram opined that there should be direct railway connectivity between Vrindavan, Nabadwip, Puri and other places where Shriman Mahaprabhu visited and spent his life. Acharya Shrivatsa Goswami, Swami B. A. Paramadvaiti, Baba Ful Dol Bihari Das, Retired Justice Ajit Nayak, Bihari Lal Bashishtha, Vasudev Goswami, IPS VK Gupta, Om Prakash Brajwasi, Madhumangal Shukla, Tamal Krishna Das, Prem Das Shashtri, Dr. Girraj Nangia and many others addressed the conference.
×
×
  • Create New...